Обиделся богатырь на людей, расстроился, даже обозлился. И ушел от обиды далеко–далеко, чтоб никого не видеть. Стало без Зейтуна как–то спокойнее. И дом сгорит — не обидно, и наводнение наступит — не досадно, и побьют — винить–то некого.
Ходил Зейтун, ходил. Скучно стало. Есть захотел. Вернулся. Накормили его. Напоили. Спать уложили. Снится Зейтуну конь богатырский. Прискакал конь, копытами стучит, на него смотрит. Сел Зейтун на коня доброго, и помчались они в чисто поле.
Хорошо в поле. Ветер в лицо травами пахнет. В спину месяц светит. Помчались они по небу до самых звёзд. И такое счастье Зейтуна охватило, что он тут же решил домой больше не возвращаться. Так и остался бы на небе, если б не оглянулся напоследок. Оглянулся Зейтун, увидел на самом краю земли свою деревню, вспомнил людей, которые ругали его. Да. Ругали. Так ведь за дело ругали: разве можно так помогать, чтобы от помощи этой вокруг камня на камне не осталось, и ни на ком живого места не было? А ведь они простили его. Назад приняли. Хлебом поделились.
Стыдно стало Зейтуну за себя. Так стыдно, что он сразу проснулся. Теперь его все любят и уважают, а он прежде, чем сделать что–то — советуется с людьми.
— Ай, голова моя совсем ессентуки!
— Что такое? Что произошло, свечка?
— Да грусть на меня напала, кочерга! А ты сама–то: что вся выгнулась?
— Тоже нападение переживаю. Смех на меня напал, сил моих нет!
— Смотри, облако плывёт, еле тащится. С ним тоже что–то не то? Привет, облако!
— М–м–м…
— Что молчишь? Кто на тебя напал, говори?!
— На меня не напали, меня обуяли.
— Как это?
— Ужас меня обуял, ужас… м–м–м…
Так собрались в одном месте свеча грусти, облако ужаса и кочерга смеха. Собрались они и решили помереть, чтоб не мучиться. Кочерга смеха хохочет так, что её аж корёжит всю. Свеча грусти истаяла почти что до фитиля. А облако всех накрыло и трясётся, с ума сходит от ужаса… Закрыли они глаза. Приготовились.
И тут откуда–то сверху прямо на облако, свечу и кочергу каааак грохнется что–то хорошее. Счастье свалилось. Большое, тяжёлое. Грусть — вдрызг. Ужас — всмятку. Только смеху — нипочём, не подавился даже. Просто в землю врос и цветком обратно вырос. Хохотал цветок, хохотал, пока в одуванчика не превратился. Дунул ветерок, полетели с одуванчика хохотунчики во все стороны. До сих пор хохочут.
А облако, свеча и кочерга обнялись, счастливые, и запели песенку о том, что никогда не надо сдаваться, а то счастья не будет. Большое и доброе облако больше ничего не боится. Кочерга статная такая стала, серьёзная. А свечка выросла и каждую ночь счастьем светится.
В одной лодке на озере жили два весла. Одно влево грести умеет, а другое — вправо. Говорит левое весло правому:
— Ты всё наоборот делаешь, неправильно. Вот, смотри, как надо.
И начало оно показывать, как надо. А лодка на одном месте крутится, никак с места сдвинуться не может.
Посмеялось правое весло и отвечает:
— Эх, ты! Задавака! Учись у меня и больше не зазнавайся.
Смотрит левое весло, как у правого тоже ничегошеньки не получается. Такая же канитель: крутится лодка на одном месте, как заколдованная. Тут левое весло вдруг догадалось:
— Стой! — кричит правому, — нашу лодку сглазили, заколдовали! Надо срочно расколдовываться!
Пошли вёсла к самому старому главному колдуну–колдунищу: просить, чтобы тот лодку расколдовал.
Колдун–колдунище раскрыл древние волшебные книги, читал, читал, губами шевелил, шевелил… в общем, пока разбирался он с книгами, весла нечаянно уснули. Поворчал колдун, обиделся немножко, а потом вёсла аккуратно, чтобы не разбудить, назад в лодку отнёс.
Проснулись они поутру, а рядом никого, да и сами — опять же в лодке почему–то. Значит, судьба такая.
— Давай, местами меняться! — предложило правое весло левому.
Поменялись. Левое правым стало, а правое — левым. Начали грести, а сами друг на дружку поглядывают. Вроде получается. Ну, раз получается, то начали наперегонки грести: лодка быстро по воде заскользила, до середины озера добрались и назад. И опять соревнуются:: кто быстрее обратно до берега доберется. Уткнулась лодка носом в береговой песок первой. А вёсла — оба позади остались Болтаются в уключинах. Отдыхают.
А на берегу стоит старый колдунище и улыбается в бороду.
— Дяденька, колдун! Больше не надо лодку расколдовывать! Оказывается, нам нужно было всего лишь местами поменяться. Вот, представляете?!
А колдун смеётся и отвечает:
— Не в этом дело, ребятушки! Не в этом…
— А в чём? — хором спрашивают вёсла.
Колдун не ответил, растворился в воздухе. Сами, мол, догадайтесь. Вот хитрец!
В одной волшебной стране настало время. Сначала в землю с неба упало зернышко. Потом из зернышка пророс стебелёк. На нем распустились листочки, а в самом верху возник цветочный бутон. Он становился всё крупнее и, однажды, раскрылся. И вскоре все поняли, что настало время. Оно появилось из цветочного бутона, распустилось вокруг и сразу же заняло всю землю. В один миг.
