Он шел так два дня, измученный, голодный и начинал уже отчаиваться, что найдет счастье; спал он на сырой земле, питался кореньями и лесными плодами. На третий день утром увидел он вдали большой город. На стенах блестел полумесяц, на крышах развевались пестрые флаги и Муку казалось, что они приветливо кивают ему. Он стоял, очарованный, любовался на город и мечтал. «Да, да, там ждет тебя счастье, Маленький Мук!» Он даже привскочил от радости. «Там или нигде». Он собрался с силами и пошел к городу. Ему еще долго пришлось идти; крошечные ножки едва двигались и ему приходилось часто присаживаться, чтоб не упасть от усталости. Но вот дошел он до ворот. Он поправил тюрбан, расправил кушак еще шире, а длинный меч заткнул еще более вбок; смахнул пыль с сапожков, подхватил свою палочку и бодро зашагал по городу.
Он прошел уже нисколько улиц, но нигде не открывались двери, нигде не кричали ему, как он ожидал: «Маленький Мук, зайди скорее, ешь, пей, дай ножкам отдохнуть».
Он уже с тоскою поглядывал на высокие, богатые дома, как вдруг открылось окно, оттуда выглянула старая женщина и затянула певучим голосом:
Двери дома открылись и туда вбежало нисколько кошек и собачек. Мук несколько минут стоял в нерешительности, идти ли на приглашение; голод пересилил робость, он вошел. Перед ним шла пара котят; он пошел за ними в полной уверенности, что они скорее его найдут дорогу в кухню.
Взойдя по лестнице, Мук встретил ту старуху, которая выглядывала из окна. Она ворчливо посмотрела на него и спросила, что ему надо. «Да ведь ты всех сзывала есть кашку», — отвечал Маленький Мук, — «а я так голоден, что зашел».
Старуха рассмеялась: «Откуда ты явился, странный человечек? Весь город знает, что я стряпаю только для своих милых кошечек, да иногда, как видишь, приглашаю к ним на пир соседей». Маленький Мук рассказал старухе, как плохо ему пришлось после смерти отца, и просил ее покормить его сегодня заодно с кошками. Женщине понравился чистосердечный рассказ малыша, она разрешила ему быть гостем и досыта накормила его. Старуха долго смотрела на него, пока он ел, потом предложила: «Маленький Мук, оставайся у меня в услужении; работы будет тебе немного, а содержание хорошее».
Маленькому Муку так понравилась кошачья кашка, что он тотчас же согласился и остался на службе у старухи Агафзи. Служба его была, пожалуй, легкая, но очень странная. У старухи было два кота и четыре кошки; Муку приходилось каждое утро расчесывать им шерстку и натирать их душистыми мазями; когда старухи не было дома, он должен был присматривать за ними; когда они ели, надо было подавать им кушанье на красивых блюдцах, а к ночи надо было укладывать их на шелковый подушки и прикрывать бархатными одеяльцами. Было еще нисколько собачек в доме, за которыми ему приходилось ухаживать, но с ними не так возились как с кошками; кошек старуха любила и баловала как детей. Первое время все шло хорошо; он был всегда сыт, утомляться было не с чего и старуха была, по-видимому, довольна им. Но постепенно кошки стали беспокойнее: когда старухи не было дома, они принимались скакать по комнатам как бешеные, все роняли, рвали, ломали по пути, а, чуть заслышат шаги хозяйки, мигом все рассядутся по подушкам и тихонько хвостиками помахивают, как ни в чем не бывало. Старуха сердилась на беспорядок в доме и во всем обвиняла Мука, как тот ни оправдывался; она верила ему меньше, чем своим кошечкам: они так мило и невинно смотрели на нее.
Маленький Мук был в отчаянии, что и тут счастья не нашел, и решил уйти от старухи. Но он уже убедился по первому опыту, что без денег путешествовать плохо и что надо так или иначе выручить ту плату, которую старуха все ему обещала, но не думала отдавать. В доме была комната, постоянно закрытая, и куда ему еще никогда не приходилось заглянуть. Он часто слышал, как старуха возится там, и ему всегда страшно хотелось знать, что там хранится. Он не раз подумывал, не там ли сокровища старой Агафзи? Но дверь всегда была на замке и до сокровищ нельзя было добраться.
