Клад нелегко дался в руки Маленькому Муку. Силы его были очень невелики, а заступ очень тяжел. В два часа работы он вырыл лишь едва заметное углубление. Почти всю ночь проработал он, пока наконец наткнулся на нечто твердое. Он стал рыть усерднее и скоро открыл большую железную крышку. Тогда он спустился в яму, поднял крышку и увидел под нею большой горшок с золотыми монетами. Слабые ручки его не в силах были поднять такой тяжести; он просто набрал сколько мог золота в шаровары, за пояс, наполнил ими кафтан, потом заботливо прикрыл остальное землею, взвалил узел на спину и вернулся во дворец.
Теперь, думал он, все пойдет иначе и все враги обратятся в друзей и приверженцев. Не тут-то было. Бедный Маленький Мук по неопытности не знал, что за золото истинной дружбы не приобретешь. Что бы ему было повертеться на каблучке и исчезнуть с своим кафтанчиком!
Мук щедрою рукою сыпал золото направо и налево, но это возбуждало не благодарность, а зависть. Главный повар, Ачули, говорил: «Он фальшивомонетчик». Смотритель Ахмет пожимал плечами и сообщал: «Он все выманивает у короля». Архаз, казначей, злейший враг Мука, сам не пренебрегал случаем залезть в царскую казну и потому решил: «Он ловко ворует». Они сговорились между собою и главный кравчий короля, Коршуц, предстал раз перед своим повелителем с таким расстроенным видом, что тот невольно обратил внимание. «Ах, государь! Я вижу, что свет твоего благоволения померк для меня». — «Что за глупые выдумки, друг?» — возразил король. — «Кажется, я не отвращал от тебя своей милости». Главный кравчий смущенно отвечал, что с некоторых пор государь задаривает скорохода и совсем забывает своих верных слуг.
Король не мог понять, что все это значит. Ему рассказали о небывалой щедрости Маленького Мука и постарались навести его на подозрение, что карлик тем или другим способом обкрадывает Царскую казну. Такой оборот особенно был на руку казначею, который недолюбливал отчетов. Король приказал тайно следить за Муком и, если возможно, подкараулить его.
Касса Мука скоро истощилась, надо было вновь идти пополнять ее. Он взял заступ и прокрался в сад. Он только что собирался наложить золото в разостланный для этого кафтанчик, как на него напали караулившие его заговорщики и повели к Королю.
Король очень немилостиво принял бедного скорохода, да к тому же был не в духе от прерванного сна. Он решил немедленно разобрать дело. Горшок с кладом вырыли из земли и вместе с заступом и кафтанчиком поставили у ног короля. Казначей показал, что он с своими людьми застал Мука как раз в ту минуту, как он зарывал горшок в землю.
Маленький Мук в полном сознании своей невинности возразил, что нашел горшок в саду и не зарывал, а отрывал его.
Все присутствующие подняли на смех его объяснение, а король, возмущенный, как ему казалось, спокойною дерзостью малыша, воскликнул: «Как, негодяй! Ты воображаешь, что так глупо и нахально проведешь своего повелителя? Казначей, та ли тут сумма, которой не хватает в моей казне?»
Казначей отвечал, что никакого сомнения быть не может, что именно эта сумма и даже больше пропала за последнее время из казначейства и что он готов поклясться, что это краденое добро.
Тогда король приказал заковать Мука в цепи и посадить в тюрьму, а казначею передал золото, чтобы снова вложить его в казну. Казначей ног под собою не чувствовал от радости; он поспешил домой считать свои червонцы. Конечно, негодяй никому не сознался, что на самом дне горшка лежала записочка:
«Враг наводнил страну, я должен скрыть часть своих сокровищ; кто найдет их и не вернет тотчас же сыну моему, да падет на того мое проклятие. — Король Саади».
