Детей эвакуировали, отменив все занятия по школе, аварийный угол оцепили нарядами милиции, подогнали пожарные машины, поливалки. Специалисты запрогнозировали жизнь уставшей конструкции, как минимум, в два-три дня. Но неожиданно для всех ещё до вечера несчастный торец здания с крыши до основания со страшным грохотом обвалился, подняв гигантское облако кирпичной пыли до неба, видимое со всех уголков города! Никто, благодаря наблюдательной бдительности Валькова, не пострадал, материальный урон обошёлся администрации малой кровью – всё самое дорогое и ценное спасено и надёжно укрыто в безопасном месте, если не считать двух древних барабанов и почерневшего от времени горна, на котором ещё трубил когда-то первый пионер школы…
Здание очень серьёзно обследовали со всех сторон – слава Богу, всё оказалось в порядке, лишь в злосчастном углу обнаружена промоина в вечной мерзлоте, повлекшая такое скорое проседание грунта после затянувшихся осенних дождей. Это ЧП прямо под боком городских властей мозолило им глаза, лишало сна и покоя непотребно расхристанным видом одной из самых лучших школ столицы, поэтому все силы были брошены на восстановление прежнего облика учебного заведения – строители и отделочники из разных СМУ, работая аврально в три смены, уже к ноябрьским праздникам завершили работы!
Ничто не напоминало о недавнем обрушении. Окна школы вновь озарились светом знаний – учебный процесс вошёл в своё обычное русло…
По итогам нескольких заочных олимпиад по физике и очной в Москве наш Егор Вальков заслужил путёвку на международный физический турнир в составе команды своей страны, проведение которого намечено на октябрь-месяц и не где-нибудь, а в самом, даже подумать страшно, сказочно далёком и манящем Париже!!!
В школе и семье все, естественно, обомлели, не в силах принять эту сногсшибательную весть за правду, но красочное приглашение, написанное сразу на трёх международных языках, от оргкомитета турнира на имя mister Egor Valkoff заставило поверить в случившееся!..
Что тут началось!!! Прежде всего, обалдел сам виновник переполоха, никогда за всю свою жизнь не выезжавший за пределы родного края – и вот на тебе, сразу на другой конец планеты, в неведомую столицу неведомой Франции, которую, как говорят сведущие люди, достаточно один раз увидеть и можно спокойно умереть с удовлетворённым чувством, что не зря жил на этом белом свете!!! Из Вальковского окружения никто никогда не удостаивался поездки в капстрану, но все советовали напропалую знатоками их нравов и обычаев, особенно старалась, распустив павлиньи начальственные пёрышки, директриса Элеонора Павловна, говорившая много о Родине, которую он, ученик её школы, будет представлять за рубежом, и, если у него, не дай Бог, что-нибудь получится, не забыл поблагодарить тех, кому обязан успехом, при этом всем своим директорским видом акцентировала внимание на себе…
Провожать юного представителя нашей науки на международной арене в столичный аэропорт заявилась целая делегация из минобраза, горсовета, школьного руководства, не считая родных и маленькой толпы соседей по старому двору, очень гордящихся, что жили когда-то рядом с таким учёным человеком, пришёл также сведущий в делах всего и вся Павел Лаврентьевич с вытянувшимся под два метра сыном Степаном, покоробив своим появлением маму Егора, Екатерину Ивановну – она демонстративно отошла в сторону, когда тот приблизился к её чаду с напутственными словами…
– Доброй дороги тебе, Егорушка! Смотри там – за нас всех выступаешь! А это тебе на карманные расходы (и сунул ему в руку не по-нашенски хрустящую инвалюту) – бери, бери, не каждый день туда ездишь… Купи что-нибудь стоящее себе, своим, мать порадуй.
– Мне, Павел Лаврентьевич, как-то неудобно: вы и так много для нас сделали – спасибо, конечно, я буду стараться…
– Благодарить меня, Егор, не надо – я ж не просто так… О будущем уже надо думать. Совсем скоро Стёпушка и ты школу закончите. Тебе с твоей головой не резон будет здесь поступать – только в Москву! Я своего тоже хочу туда пристроить… Поможешь ему, если что – вдвоём-то, как никак, веселее поступать будет. По рукам что ль…
Егор пожал огромную холодную ладонь высокого благодетеля и, в последний раз распрощавшись со всеми, с чуть было не опоздавшим наставником Сан Санычем, побежал на посадку.
На автобусной остановке у здания аэровокзала персональное авто Хватова затормозило, чтобы подвезти застывшую на ветру Екатерину Ивановну до дому, на что та, не в силах совладать с собою, просто отвернулась… Хозяин был вынужден выйти из салона за объяснениями.
– Чем это я вас прогневил, Екатерина Ивановна? Неужели тем, что пришёл вместе с сыном, который, кстати, дружит с вашим, проводить, поддержать добрым словом перед дальней дорогой?..
