Глава 20.
Восемнадцатое июля
-- Стало быть, магическая техника тоже имеет вероятность
отказа? -- с некоторой долей иронии в голосе спросил Колобков-Мельников.
-- Стало быть так, -- буркнула Баба-яга, убирая в буфет яблоко
с блюдцем.
-- Может быть, специалисту показать, пусть починит или
настроит? -- предложил Мокус.
-- Да какому специалисту? О чем ты говоришь, бриллиантовый?
Порчу напустил ктой-то или защитным экраном навроде моего отгородил, потому и не
показывает. А мое антизаклинание не действует, значит сильный маг орудует.
-- Поменьше порнуху надо было смотреть, -- пробурчал под нос
Константин, но так, чтобы бабка его не услышала.
Но она то ли услышала, то ли догадалась, и на десять минут
лишила Константина голоса. В смысле, не избирательного права, а речи.
-- И не узнаешь ведь, что там с ними сейчас происходит! --
посетовала Мария Дюкова. -- Да и вообще, что в мире делается. Плохо, конечно,
без информации,
-- Плохо, милая, ой плохо. Газеты мне сюда не приносят,
дальнозырик покупать -- уж больно дорого. Хоть и предлагал Лешек, давай, мол,
купим, а я не соглашалась -- ну куда такие деньжищи на ветер бросать! Да и было
б чего там смотреть? Новости, да сериалы всякие паршивые. Ну, погоду иногда
скажут, так погоду я и сама предсказать смогу, когда снег, когда ветер.
-- А ветер, кстати, сегодня западный, -- выглядывая в окно,
заметил Игорь Геннадиевич, -- судя по облакам. Но слабый. И парит, не иначе --
гроза надвигается.
Он отошел от окна и, расстегнув ворот рубахи, уселся в
кресло-качалку, которое недовольно скрипнуло под его грузным телом.
-- И хорошо! -- Мокус, потягиваясь, откинулся на спинку стула и
помахал на себя ладонью как веером. -- А то жара уже заколебала. Третий день
духота стоит невозможная.
-- А смотрите, и потемнело вдруг как неожиданно, -- Эльвира
подняла глаза от своего вышивания. -- Вот она и гроза, наверное.
-- Да нет, -- возразил Колобков-Мельников. -- Только что небо
было совершенно чистое, и в помине ни одной тучи не наблюдалось, только облачка
маленькие. Может, это затмение солнечное?
В это время землю начали сотрясать глухие удары, от которых
задрожал весь терем и, звякая, стала подпрыгивать посуда в буфете.
-- Это гром такой? -- удивилась Эльвира.
-- Жесть! -- воскликнул Мокус. -- Тут у вас что, строительство
идет какое-то? Сваи где-то забивают?
-- Да никакие не сваи, -- Баба-яга выглянула в распахнутое
окно. -- Это вон, нехристь, хозяина чует, хвостом виляет. Кощеюшка летит,
наверное. Вон он и солнышко своей тарелочкой загородил.
За окном и вправду Змей Горыныч поднял вверх все три морды,
глядя на опускающуюся летающую тарелку, и радостно колотил хвостом по земле...
