То же самое делали сейчас и другие спецназовцы. Мансур Богданову понравился, понравился он, кажется, и всей его команде. Во всяком случае, никто из подчиненных не изъявил молчаливого неудовольствия или недоумения — уж это бы Богданов почувствовал. Но ничего такого он не почувствовал. А это означало, что все в порядке, Мансур вполне сгодится в качестве союзника. И, следовательно, можно было приступать к осуществлению задуманного плана.
План же в общих чертах был таков. Как уже упоминалось, завербовав Тарбушу, Мансур первым делом подробно и даже дотошно расспросил его о помощниках Кассаба и вообще о приближенных к нему людях. Делал он это не любопытства ради, а во исполнение плана. Предполагалось сделать так. Резидентура стараниями Мансура узнает как можно больше сведений об окружении Кассаба, и далее в дело вступает срочно прибывший в Бейрут спецназ КГБ. Задача спецназовцев — похитить близких Кассабу людей, при этом не всех сразу, а по одному. То есть вначале — одного, затем — второго, третьего и так далее. В общем, сколько получится, но чем больше, тем лучше. Похитить и укрыть в надежном месте так, чтобы Кассаб при всем своем желании и старании не смог их разыскать.
Какой в этом был смысл? О, здесь был большой смысл, просто-таки огромный! И в первую очередь в психологическом плане. Увидев, что его приближенные неведомо как и непонятно куда исчезают один за другим, Кассаб, понятное дело, начнет тревожиться. Он впадет в беспокойство, и с каждым разом, то есть с каждым новым похищенным, его беспокойство будет возрастать. А где беспокойство, там и страх, и паника, и неуверенность, и желание выяснить, в чем тут дело, и попытки понять, кто будет следующим похищенным, и желание выяснить, кто именно эти таинственные и всемогущие похитители, и совершение всяческих поступков, какие делает неуверенный и испуганный человек.
И очень скоро Кассаб поймет, в чем тут дело. Он просто-таки обязан будет прийти к правильной мысли. Он непременно свяжет таинственные похищения своих приближенных с похищением людей из советского посольства. Кассаб похитил людей — и у него похищают людей, а если он, Кассаб, с испугу или со злости захочет расправиться с похищенными сотрудниками посольства, то и похитители поступят точно так же с его людьми. И даже, может быть, точно так же поступят и с самим Кассабом. Ну а что тут удивительного? Если уж эти таинственные и всемогущие похитители добрались до людей Кассаба, то, значит, им ничего не стоит добраться и до него самого. И тем более они до него доберутся, если он вздумает расправиться с похищенными сотрудниками посольства.
Ну а после того, как будет похищено определенное количество приближенных Кассаба, настанет черед следующего пункта плана — переговоров с самим Кассабом. Какими будут эти переговоры и как они будут вестись, пока неясно. Понятно одно — у спецназовцев на этих переговорах должны быть сильные, просто-таки несокрушимые позиции, а у Кассаба, наоборот, слабые. Точнее сказать, безнадежные. А еще точнее — это должны быть даже не переговоры как таковые, а условия капитуляции. Тиски, из которых Кассаб не мог бы выбраться при всем его желании. Понятно, что главная цель таких переговоров — немедленное освобождение похищенных из посольства людей.
Такова была теория, а уж как это получится на практике, во многом зависело от спецназовцев. Для того они и прибыли в Бейрут.
— Что ты знаешь о Кассабе? — спросил у Мансура Богданов.
И это был не просто вопрос, это был своего рода сигнал, который ясно давал понять, что спецназовцы приняли в свои ряды Мансура. Ну а если приняли, то, следовательно, оценили по достоинству его человеческие качества. Мансур это понял, понял это и советский резидент.
— Я об этом говорил ему, — ответил Мансур, указав на резидента.
— Скажи еще и нам, — попросил Богданов. — В нашем деле повторение значит много. Со второго раза припоминаются разные детали и моменты, упущенные в первом разговоре.
— Я понимаю, — сказал Мансур.
Разговор с Мансуром происходил с помощью переводчика — переводил Казбек Аджоев.
— К сожалению, я знаю о нем не так много, — сказал Мансур. — Таких, как он, сейчас в Ливане немало — попробуй наведи обо всех справки. Скрытен, коварен, жесток, любит деньги. Возраст — около сорока лет. Вероятнее всего, тесно сотрудничает со спецслужбами западных стран. Потому что слишком уж уверен в себе. Вот обосновался в Бейруте и чувствует себя здесь спокойно. А это говорит о многом… Предполагаю, что в последнее время у него случился разлад с его покровителями…
— Об этом не надо, — остановил Мансура Богданов. — Об этой теме мы уже наслышаны. Скажи лучше вот о чем. Есть ли у него какие-то особые слабости? Что-нибудь этакое — ну, ты, надеюсь, понимаешь, что я имею в виду?
— Думаю, что есть, — после короткого молчания ответил Мансур. — Женщины… А в последнее время — конкретная женщина, из-за которой он отказался даже от всех других.
— Откуда это известно? — вопрос на этот раз задал Лепилин.
