— Похищенные граждане — советские, — задумчиво произнес Майк. — Значит, и новоявленные враги Кассаба тоже оттуда. Не думаешь же ты, что красные оставят своих граждан в беде!
— О, я очень далек от этой мысли! — усмехнулся Боб.
— Я тоже, — сказал Майк. — Скорее всего, Советы прислали в Бейрут какую-нибудь тайную команду профессионалов… Говорят, спецназ КГБ может творить истинные чудеса…
— Да, пожалуй, так и есть, — согласился Боб. — Но отсюда, опять же, следует еще один вывод. И это очень даже интересный вывод…
— Еще как следует! — согласился Майк. — Похоже, наш друг Кассаб и впрямь угодил в скверную историю, из которой ему не выпутаться. Он, конечно, сам виноват, но это нюанс, не имеющий решающего значения. Главное во всей этой кутерьме то, что мы можем поставить на Кассабе крест. Равно как и на наших грандиозных планах, а также надеждах, которые мы возлагали на этого дурака…
— Это, конечно, если мы ему не поможем… — в раздумье проговорил Боб.
— Вот именно, — согласился Майк. — Но мы, разумеется, помогать ему не станем. Чего ради? Да и какой в этом смысл? Да и опасно. Не думаешь же ты, что мы ради Кассаба напрямую сцепимся с Советами? Тем более с их спецназом? Вот ты хотел бы схлестнуться с их спецназом?
— Что-то не замечаю я в себе такого желания! — проворчал Боб.
— Уверен, что и у нашего начальства также нет такого желания, — сказал Майк. — А потому нам только и остается, что понаблюдать со стороны за грандиозной трагедией под названием «Бесславная гибель Кассаба».
— Да какая там трагедия! — махнул рукой Боб. — Так — дешевый балаганчик в исполнении нью-йоркского уличного театра!
— И то правда, — согласился Майк.
…Спустя два часа Кассаб отправил к Майку и Бобу своего посыльного — Йа Джалиля. Посыльный вскоре вернулся.
— И что они сказали? — с нетерпением спросил Кассаб у посыльного.
— Ничего, — ответил Йа Джалиль.
— Что значит «ничего»? — удивленно и вместе с тем испуганно спросил Кассаб.
— Ни единого слова, — ответил Йа Джалиль. — Они лишь молча на меня посмотрели, оба усмехнулись, развернулись и ушли.
— Понятно, — не сразу сказал Кассаб.
В самом деле — здесь и впрямь все было понятно. Бывают такие моменты, когда молчание красноречивее и доходчивее всяких слов.
После того как Кассаб лишился своих покровителей, ему ничего больше не оставалось, как продолжать вести игру в одиночку. Он, разумеется, и сейчас рассчитывал на то, что победит врага — кем бы этот враг ни был, просто сейчас нужно было слегка изменить правила игры.
И Кассаб решил написать еще одно письмо в советское посольство. В этом письме он сообщал, что, учитывая сложившиеся обстоятельства, он готов вступить в переговоры со своим таинственным противником. Кассаб был почти уверен, что в советском посольстве, получив письмо, незамедлительно передадут его куда надо — то есть тем людям, которые похитили и убили его приближенных. Конечно, говорилось в письме, сам Кассаб не станет участвовать в таких переговорах, он отправит на них свое доверенное лицо, но это будет человек, уполномоченный принимать решения от имени самого Кассаба.
Здесь Кассаб замышлял хитрость. Разумеется, он не станет выполнять требований тех людей, которые вступят с ним в переговоры. Просто таким способом он узнает их намерения и планы. А узнав, он в ответ разработает свои собственные планы. И, таким образом, сможет переиграть своих противников, кем бы они ни были.
Все предыдущие письма к развалинам мечети доставлял один из приближенных Кассаба. Его звали Согхири, что означало «малыш». Каждый раз Кассаб для подстраховки отправлял с Согхири двух или трех боевиков. Однако на этот раз он решил поступить по-другому. Ближайшей ночью к старой мечети с Согхири пойдут не боевики, а кто-то другой. Почему так? Да потому, что совсем недавно в городе были убиты три его лучших боевика. Как знать, может, те, кто их убил, по каким-то причинам относятся к боевикам с предубеждением, терпеть их не могут, оттого и убивают? И они убьют и тех боевиков, которых Кассаб пошлет к мечети? Уж лучше понапрасну не рисковать, тем более что в данный момент лишние смерти Кассабу ни к чему. Сейчас он намерен вести переговоры, а смерть и переговоры — вещи несовместимые.
После некоторого раздумья Кассаб решил вместе с Согхири отправить Йа Джалиля. Почему именно его? В первую очередь потому, что доверить такое тонкое дело больше, по сути, было некому — не так и много было у Кассаба людей, которым он доверял. А вот Йа Джалилю он доверял. Значит, он и должен будет пойти ночью вместе с Согхири к развалинам мечети. А на следующую ночь — сходить еще раз за ответным письмом. В том, что письменный ответ будет, Кассаб не сомневался. В советском посольстве, безусловно, сейчас всеми силами стараются вызволить своих людей. Значит, посол или кто-то от его имени обязательно вступит в переговоры с Кассабом.
