Скил (СИ) полностью

— Хамло, уроды, — отошла от первого шока блондинка, Маньяк в ответ лишь улыбнулся.

— Да вы знаете, кто мой папа?! — продолжала бесноваться девица. — Я дочь мэра, я к себе уважения требую, — улыбка сползла с лица парня. — Да он вас… — но что с нами бедными станет, я так и не узнал.

Маньяк почти неуловимым для глаза движением придвинулся к девушке почти вплотную, та вжалась в стену за спиной, побледнев от страха, сразу растеряв весь свой апломб. И было от чего — черты лица парня заострились, в глазах плескалось бешенство, во всём его облике теперь явственно угадывалось что-то звериное.

— Рот закрыла, — рыкнул ей в лицо преобразившийся парень. — Слушай внимательно, кукла, твой папа, если он здесь, сейчас гадит в штаны и пытается найти пожрать, если его самого ещё не сожрали, так что либо ты слушаешь, что тебе говорят, либо валишь отсюда нахрен! — прорычав это, Маньяк чуть остыл и, отойдя на шаг, продолжил уже нормальным голосом. — А уважать твоего отца в прошлом мире я, может быть, и стал бы, тебя — не за что, не заслужила. Пока единственное твоё достижение — это то, что ты сумела меня выбесить, это непросто, а ещё и в живых остаться… — Маньяк покачал головой и усмехнулся.

— Пять минут тебе на сборы, — подытожил я беседу. — Либо идёшь с нами и слушаешь, что тебе говорят, и делаешь, без лишних выкрутасов. Либо я в твою защиту пальцем больше не пошевелю — будут тебя твари жрать, сделаю вид, что ничего не происходит. В общем, решай, или ты с нами и наши условия принимаешь, или нет, тогда и тебя для нас больше нет.

Воздух вокруг можно было нарезать ножом, паковать по пакетам и продавать под маркой «духота, зной и напряжение». В странах с жарким климатом — Италии, Испании, Греции, — люди придумали сиесту, послеобеденный отдых, — в самое знойное время дня эти мудрые люди придаются безделью и неге, отдыхают, в общем. А мы, как проклятые, вынуждены переться в самую жару через раскалённый город. И ладно бы просто идти, нет, нам приходится через него пробираться — перебегать от укрытия к укрытию, закладывать крюки и зигзаги, и ни на секунду не ослаблять внимания.

После взбучки, которую Маньяк устроил блондинке, наши подопечные были малость пришиблены и собирались дальше без лишних споров и рассуждений, даже нытья по поводу тяжёлых рюкзаков не было. Да что там, даже на почетную миссию, возложенную на Кола и Крепыша, возражений не последовало — мужики, узнав, что им предстоит тащить тяжеленный пулемёт, только хмуро кивнули, ну и Кол ещё вполголоса матюгнулся, когда они взваливали его на плечи. А патроны к пулемёту, тоже, надо сказать, совсем не лёгкие, мы распределили по рюкзакам девушек, как и львиную долю вещей и провизии.

Мы с Маньяком, конечно, тоже шли далеко не налегке, но я вообще опасался, что люди, неприспособленные к «кочевой» жизни, да ещё и женщины, окажутся неспособны нести на себе вещи и припасы на три дня и все это тяжким грузом ляжет на наши плечи. А ещё ведь и защищать их надо и следить, чтоб глупостей не делали, — в общем, не было печали, спасли прекрасных дам, ну и двух юношей.

Как там было…? «Юноша бледный со взглядом горящим», кажется. Наши юноши сейчас были красными со взглядом потухшим — ещё бы, мне и без тяжеленной железной дуры на плечах жарковато.

А следом за ними, чуть пригнувшись, идёт брюнетка, та самая, которая подмигивала Маньяку и жалела, что мы подглядывать за ними не собираемся, как её… Лена — не Лена, Оля — не Оля, не помню. А ничего так вид, даже в не совсем по размеру подобранной одежде формы у девушки очень соблазнительные — все в нужных местах и хм… нужных размеров.

Вот ведь мысли в голову лезут! Вроде совсем не до того должно быть, всё внимание сконцентрировано на происходящем вокруг и всё такое, но процесс уже успел стать чисто механическим — осмотреться, прислушаться, перебежать к укрытию, оглянуться, снова прислушаться и так далее. В общем-то, ничего сложного, мозг абсолютно не нагружает.

Несмотря на всю осторожность, с которой мы пробирались по городу, столкновений с заражёнными удавалось избежать далеко не всегда, но Маньяк, шедший во главе отряда, мастерски орудуя своими топорами, разбирался с тварями за несколько секунд — бросок топора почти в упор, уклонился от следующего туповатого мертвяка, удар другим топором, шаг в сторону, удар по ногам в глубоком приседе, разворот, пропустил мимо себя ещё одного, ещё удар… Как будто, он с заражёнными исполняет какой-то замысловатый хорошо отрепетированный танец.

Приходилось и мне вступать в схватки, но я, не мудрствуя лукаво, просто оглушал тварей даром и добивал топором — некрасиво, но тоже эффективно. Вот интересно, а какой у Маньяка дар Улья? Что-то не верится, что какая-нибудь малополезная фигня, вроде способности прикуривать от пальца или нагревать воду в зажатой в руке кружке, но спросить напрямую я почему-то стеснялся — вроде как дар это что-то личное.