Скил (СИ) полностью

К поднимающемуся на ноги Маньяку бежит вся компания обиженного рейдера с явно недобрыми намереньями, и что-то их там очень уж много — ща мы их поубавим!

— Э, мля! — поднимаются из-за стола четверо парней, насколько я помню, пришедших вместе с Варягом и Обломом. — Это тело само в драку лезло! — но друзья побитых Маньяком мужиков их не слушают.

Я поддеваю ногой стол и, пытаясь охватить взглядом сразу весь его объём, бью даром, придавая мебели ускорение в сторону бегущих к Маньяку людей. Краем глаза замечаю пару мордоворотов, несущихся к нам откуда-то сбоку — наверное, охрана, то есть вышибалы. И тут же получаю мощный удар в челюсть, отлетаю к стене и ухожу в недолгий нокаут.

Очнулся на полу, в обломках стола. Рядом лежит не разбившаяся и не открытая бутылка Егермейстера. Усмехаюсь:

— Во! Бальзамчик, сделавший наш вечер!

Обвожу взглядом бар — кажется, дерутся уже все со всеми. Замечаю Маньяка, сидящего на спине немаленьких размеров кваза и молотящего того по голове сильными и частыми ударами. Сзади к моему другу шатающейся походкой подкрадывается мужик со стулом в руке.

— Маньяк! — окликаю я парня и хватаю бутылку, собираясь кинуть её в мужика со стулом, но Маньяк вскакивает с уже не пытающегося встать кваза и прямым ударом отправляет на пол незадачливого «тихушника».

— О! Скил, — протягивает мне руку Маньяк. — Да ты даже из нокаута с бухлом возвращаешься?!

— Выпьем?!

— Выпьем!!!

— Маяк… тфу! Ма-нь-як, во! А где это мы…

— Ты не знаешь? Вууу, — разочарованно прогудел парень. — А я у тебя спросить хотел, где мы и как тут оказались… — пьяным голосом заявил Маньяк.

Улица, темно, вокруг дома какие-то, а единственный тусклый фонарь, под которым мы стояли, не разгоняет тьму вокруг, а только усиливает контраст.

— Так! Надо вспомнить, чего с нами было!

— Чего? В баре сидели!

— Ага! Потом пришёл Марта…

— Ууу, скотина бородатая!

— Кто?

— Ну Марта!

— Он же без бороды…

— Нда? А раньше была, я точно помню, — Маньяк погрозил кому-то пальцем, от чего его зашатало ещё сильней.

— Значит, сбрил…

— Ну тогда… Уууу, скотина безбородая!

— Во! — я поднял вверх палец привлекая внимание. — Слышишь голоса?

— Ага…

— Там люди!

— Во! Пойдём их поймаем, а они нам скажут, где мы!

Поддерживая друг друга, мы двинулись по улице с редкими жёлтыми пятнами фонарей в сторону, откуда услышали голоса.

— Марта пришёл, а потом была драка, — вспомнил Маньяк.

— Была! — подтвердил я.

— Но не с ним! А его тоже побить надо!

— Надо!

— А чего это у меня тут в кармане топорщится… — недовольно пробурчал Маньяк и тут же расцвёл. — Бааа! Вискарик! Уцелел, родной!

Голова налилась свинцовой болью, а всё тело такой слабостью, будто было и вовсе не моим — пальцем пошевелить не в силах, а шевелиться надо, или сдохну. Это же надо было так нажраться! И как я до постели-то добрался… или меня добрые люди сюда принесли? Ничего не помню, но лежу я вроде на кровати, головой на подушке. Надо двигаться — надо выпить живчика, он у иммунных почти от всех болезней средство, а ещё он сделан на коньяке… При мысли об алкоголе тошнота усилилась — фу, гадость-то какая! Но надо — и лекарство вроде как приму, и опохмелюсь заодно. Ага, если не стошнит, а если и стошнит, всё равно лучше станет… нехорошо, конечно, блевать где ни попадя, но до сортира я сейчас точно не доберусь… да и пофиг.

Фляжка с живчиком на поясе, я её чувствую, она скособочилась и теперь больно врезается в бок. Каким-то невероятным, просто титаническим усилием я перевернулся на спину, и тут же голова отозвалась резко усилившейся болью, а тело приступом тошноты. Полежал немного, часто и неглубоко дыша, дотянулся-таки до фляжки и хорошенько к ней приложился. Вот ведь гадость-то какая! Но все же меня не вывернуло.

Я ненадолго задремал, а когда очнулся, почувствовал себя гораздо лучше — живчик, всё же, волшебное средство! Ну как лучше… как будто у меня грипп в самом разгаре и пищевое отравление вместе с ним, но это и вправду лучше, чем было.

Я со вздохом сел на кровати и разлепил наконец глаза. Обвел взглядом комнату: на номер в гостинице, который я вчера снимал, абсолютно не похоже, и вещей моих нет, а похоже на комнату в казарме, где я жил, когда работал в снабжении — тот же шкаф, только стоит сейчас на месте, где должна быть дверь, раковина такая же, ещё одна кровать напротив той, на которой сидел сейчас я, и стол возле окна. А на столе, свернувшись клубком, спит Маньяк.

— Маньяк! — окликнул я своего друга. Безрезультатно. — Маньечелло! — потыкал пальцем в выпирающее за пределы стола колено.

— Ммм… — промычал-простонал Маньяк и открыл один глаз. — Скил?

— Ты как?

— Дерь…мо…во… — медленно, почти по слогам промычал парень.

— Глотни живчика, — протянул я фляжку. — Полегчает.

Маньяк со стоном сел, взял фляжку, отхлебнул, поморщился.

— Где это мы?