Дмитрий приказал «Луне» уйти с траектории, приложив все усилия для уклонения — двигатели ревели на пределе, корпус скрипел от перегрузок. Полностью избежать попадания не удалось — энергия ударила не в центр, а в левый борт, но и этого хватило. Казалось бы неприступные щиты «Луны» перезагрузились, не выдержав удара, а всё, что находилось на пути луча просто исчезло. «Луна» закричала от боли. К счастью, ничего жизненно важного повреждено не было — автоматика уже перенаправляла потоки энергии, чтобы компенсировать потери. Однако стало ясно: попади луч в центр корабля — это было бы фатально. А ещё стало очевидно, что крепость ждала этого момента — нельзя так быстро подготовить ТАКОЕ оружие без предварительной подготовки.
Будто поддерживая мысли бывшего человека, другие орудия крепости — поменьше — открыли огонь по «Луне», напрочь игнорируя остальные корабли флотилии, будто считая их нестоящими внимания.
Дмитрий открыл ответный огонь, используя свои новые силы для восстановления щитов. Он приказал флотилии атаковать, но их силы были слишком слабы, чтобы нанести серьёзные повреждения огромной крепости. Более того, крепость почти не стреляла по ним в ответ. Причина стала ясна чуть позже — мегасооружение применило другое оружие. Гравитационное.
Датчики на Луне зафиксировали резкое изменение гравитации. Пока не критично, но если так будет продолжаться, то основной корабль Дмитрия просто расплющит об поверхность крепости. Уже сейчас малым судам тяжело маневрировать. Но затем его сооружение пошло на неожиданный шаг. По всей её поверхности появилось множество небольших углублений. Быстрый анализ показал, что они прекрасно подходят для любого судна в флотилии. По мимо Луны, естественно…
Если до этого действия крепости ещё можно было спустить на демоническое влияние. Но осознанное принуждение механикус к приземлению в крепости и при этом не пускать Луну… Наводит на мысль о том, что крепость отнюдь не под чужим влиянием и имеет собственную волю. И она на данный момент заключается в том, чтобы уничтожить Луну. А если быть совсем откровенным, Дмитрия.
Видимо, крепость настолько сильно не хочет пускать его внутрь, что готова для этого приложить максимум усилий. Ну что же… Если бы у красно было человеческое лицо, на нем бы сейчас появилась злобная ухмылка, напоминающая оскал.
— Луна, ты в порядке?
Осведомился бывший человек состоянием машинного духа.
«Бывало и хуже… Твоё эмоциональное состояние изменилось. Что ты задумал?»
— Посадить тебя внутри этого ублюдка. Так сказать, оформить акт проникновения без предварительного соглашения…
Пускай и двусмысленная трактовка в отношении той, кто причинила ей боль, и слегка подняла настроение Луны. Но лишь слегка.
«В крепости нет углублений под меня…»
— Это предоставь мне. От тебя требуется лишь направить судно. Прекрати огонь и сосредоточься на двигателях и щитах. Попроси помощи сыновей, если это понадобится.
«Поняла».
Получив согласие машинного духа Краснов взял под контроль корабельные орудия и влил в них столько энергии сколько мог и тем самым усилев их многократно. Затем он выбрал одну единственную точку в враждебной мегокострукции и открыл по ней огонь. Черный камень пускай и не охотно но начал деформироваться под силой повелителя человечества.
Крепость, очевидно, поняла, что хочет сделать бывший человек, и потому к давлению прибавился шквальный огонь, уже игнорирующий всякое препятствие на пути. Щиты буквально едва держались, но продолжали держаться. В конечном итоге удалось создать брешь, достаточную для носовой части Луны. Но не всего судна. Туда Дмитрий телепортировал множество универсальных единиц, пропитанных золотым светом, где подрывал их, углубляя проход. Так в конечном итоге судно оказалось внутри крепости, и начались бои уже внутри неё.
Корпус «Луны» ещё не до конца закрепился внутри чернокаменной крепости, когда первая рота Хранителей Книг покинула судно с помощью прыжковых ранцев и отправилась штурмовать ксенообъект. Краснов пытался достучаться до них, говоря, что им совершенно не обязательно рисковать жизнями. Достаточно лишь оборонять корабль, пока он сам справится со своей работой. Но Харисан бан Арон был непреклонен, и, судя по показателям в костюмах его братьев, с ним были солидарны все космодесантники на борту.
— Меня радует твоя забота о нас, избранный Императора. Но направь её лучше на смертных слуг Его. Нас специально создали для войны. Лишь сражаясь, мы ощущаем себя по-настоящему нужными. Оборону доверь «шестерёнкам» — они достаточно многочисленны и сильны для этого. К тому же мы должны вернуть долг этому ксенобулыжнику…
Таковы были последние слова сержанта первой роты, прежде чем он со своими бойцами исчез в ближайшем проходе, и связь прервалась.
