- Ты погоди бежать, Даня. Ты и отсюда можешь попасть в мир Тортуги. Тебе не обязательно осуществлять перемещение из одной точки. Со временем ты сможешь сам управлять точками входа. Сейчас я помогу тебе.
Капитан вернулся поздно. Он старался быть веселым. Не показывал никому виду, что расстроен. Домочадцы не спрашивали его ни о чем. Не хотели бередить рану.
- Устал я нынче, Жаннетта. Ужинать не стану. Дел на корабле было много.
- Хорошо, капитан. - Она с трудом удержалась, не подошла к капитану, что бы обнять.
- Пойду я к себе.
- Отец, - сказал Данька, - я к тебе на минутку зайду.
- Заходи. - Голос усталый, бесцветный.
Они закрылись в комнате капитана.
- Папа, я знаю, кто во всем виноват, - начал Даня.
- Ты о чем, Даня? Никто ни в чем не виноват. Если Мишель не хочет, чья тут вина. Если и виноват кто, так я сам.
- Папа, я не об этом. - Дэн думал о разговоре Романом.
- Тогда о чем? Что случилось, сынок?
- Я хочу сказать в том, что ты в этом мире и то, что я перемещаюсь из одного мира в другой, я нашел, кто виноват.
- Кто? Я, наверно, опять же. - Свен горько усмехнулся.
- Погоди, папа. Есть один парень. Его зовут Роман. Он там, в том мире. Он молодой. Прихрамывает. Он на костыле.
- И что не так с этим парнем?
- Мы с ним встретились на троллейбусной остановке. Он мне все рассказал. Он себя богом называет.
- А у него с головой все в порядке? - Обычная реакция.
- С головой у него все в порядке. Я все тебе сейчас расскажу.
И Данька рассказал все отцу о том, что было связано с Романом, все, что знал о нем.
- Самое главное, папа, он разрешил тебе ненадолго, на неделю, вернутся в наш мир.
- На недельку, - Свен улыбнулся. - Вот это да! На недельку, до второго, я уеду в Комарово. Здорово. Сколько раз я мечтал хоть на денек, хоть одним глазом увидеть вас. А тут, целая неделя. Это ж надо, на целую неделю.
- Свен, ты скажи Леону, что мы срочно уезжаем. Развеяться. И мы с тобой прямо сейчас отправимся домой.
Капитан вышел, потом вернулся, видимо, переговорив с Леоном.
- Ну, давай, Даня. Поехали. Я, честно говоря, боюсь. А вдруг...
- Ни какого вдруг, папа, тут не должно быть, слышишь.
- Да, Даня.
Они взялись за руки. Стояли рядом. Данька прислушивался. Звон струны. Он произнес:
- Роман.
Они вдвоем, отец и сын, стояли на родной Тракторной улице. На заснеженной темной улице. Неяркий свет фонарей.
- Снег, - произнес Свен. - Даня, это снег?
- Да. Это снег, папа.
- Господи, как давно я его не видел. Снег. - Свен наклонился, взял пригоршни снега, начал растирать им свое лицо. Вновь загреб снег, слепил из него снежки, и начал откусывать от этого комка небольшие кусочки. Он ел этот снег, как величайшее лакомство в жизни.
- Как я отвык от всего этого. Забыл, совсем забыл, что это такое. Забыл нашу улицу, эти дома, деревья. Данечка, пойдем. Только не торопись. Ты слышишь?
- Что, папа?
- Ты слышишь, как снег скрипит под ногами. Этот морозный воздух.
Было прохладно, но капитан не тропился. Шел медленно. Хотя одеты они были по летнему. Они вошли в подъезд родного дома. Капитан задержался.
- Вот он, воздух родного дома. Я не думал, что когда-нибудь вновь смогу войти в этот подъезд.
- Пойдем, папа.
Они поднялись на второй этаж. Капитан остановился.
- Даня, ты матери сказал, что я приду? - Свен остановился на ступенях. Возможно, и сам боялся этой встречи.
- Нет, не говорил.
- Ты представляешь, что с ней будет. Открывается дверь, а тут я. С того света. Тут кому угодно будет плохо. Ты не предупредил. Ты что делаешь, парень?
- Папа, ты поднимайся потихоньку. Я забегу, предупрежу мать.
Данька открыл входную дверь своим ключом. Вошел и крикнул:
- Мама!- Ну, где же она!
- Да, Даня. - Мария направилась к прихожей.
- Это я, мама.
- Я слышу, что ты, Даня. - Всегда с ним так. Что там случилось. У куртки петелька оторвалась.
- Мама, я не один.
- А ты с кем? - Мать вышла в прихожую.
- Мама, ты только не волнуйся. Пожалуйста. - Данька понял, что поторопился. Надо было предупредить раньше.
- Что случилось. Ты меня пугаешь.
- Мама, ты не волнуйся. Все хорошо. - Повторял Даня.
- Говори, Даня.
- Мама, папа приехал. - Наконец, он решился сказать.
- Что? - проговорила Мария Петровна. Она оперлась рукой о стену.
- Папа приехал.- Тихо повторил Даня.
- Где он? - Мария тихо выдохнула вопрос.
- Он там, в подъезде. По лестнице поднимается.
Мария Петровна выскочила на лестничную площадку. Остановилась. Там внизу. Всего в одном пролете стоял Саша. Сашка, ее Саша. Она замерла. Пытаясь запечатлеть этот момент в своем сознании. Вот он, Саша. Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра, я престану ждать тебя, а ты придешь совсем внезапно.
- Саша, - шептала Мария, - Саша.
Александр стоял там. Внизу. Смотрел на нее. На свою любимую, такую близкую и далекую. Родную и потерянную. Он оставил ее на миг, а получилось на всю жизнь. С любимыми не расставайтесь, врастайте им корнями в кровь, и всякий раз на миг прощайтесь, как - будто вы прощаетесь на век.
- Маша, - тихо проговорил он. Побежал вверх по лестнице, обнял ее. Прижал к себе. Она обняла его. Гладила его волосы, плакала на его плече.
- Саша, как ты? Ты навсегда, правда?
