Склиф — так в народе прозвали Научно-исследовательский институт Скорой помощи имени Н. В. Склифосовского. Сюда везут самых сложных больных и обращаются в самых отчаянных ситуациях. Здесь решают вопрос жизни и смерти и вытаскивают с того света. В этой больнице, как в зеркале, отражается вся российская медицина…Читайте новый роман от автора бестселлера «Клиника С…..» — неприукрашенную правду о врачах и пациентах, скромных героях, для которых клятва Гиппократа превыше всего, и рвачах в белых халатах, «разводящих больных на бабки», о фатальных врачебных ошибках и диагностических гениях, по сравнению с которыми доктор Хаус кажется сельским коновалом… Эта книга откроет для вас все двери, даже те, на которых написано «Посторонним вход воспрещен» и «Только для медицинского персонала», отведет за кулисы НИИ Скорой помощи, в «святая святых» легендарного Склифа!
Уверяю Вас, что лечиться (кроме мелочных случаев) надо только у первоклассных знаменитостей…
Для того чтобы совпадения не мешали читать книгу, автор настоятельно просит считать их случайными. Имена, фамилии и отчества вымышленные. Склиф — настоящий. Он такой один, ни с чем его нельзя спутать. Кстати, поэт и лауреат Иосиф Бродский считал, что «наверно, тем искусство и берет, что только уточняет, а не врет, поскольку основной его закон, бесспорно, независимость деталей». Деталей в этой книге много, и все они независимы. Абсолютно независимы.
— В Склиф? — удивилась мама.
— В Склиф! — подтвердила Инесса Карповна.
— Но Женя, вообще-то, хочет работать на крупной иностранной фирме. У нее же языки — английский и французский. Свободно.
— У меня тоже языки! Сечас любой образованный человек просто обязан знать иностранные языки. А то скажут при тебе «ту бе, ор нот ту бе», а ты глазами хлопаешь, ни «бе», ни «ме»! Что же касается ваших иностранных фирм, то у меня одна сотрудница ушла в «О'ШОП». Соблазнилась по глупости, как же — всемирная сеть гипермаркетов, хозяева итальянцы! Фу ты, ну ты… Так там в новогоднюю акцию всех из офиса, невзирая на лица и должности, погнали в торговый зал перелопачивать паллеты и выкладывать товары на полки. В ночную смену, заметьте себе! День отработай, съезди домой перекусить, а в ночь возвращайся обратно. Что об этом говорит Трудовой кодекс, я скромно промолчу! Короче, во время выкладки наехал на нее погрузчик, они же носятся туда-сюда как угорелые. Новый год у нас, в Склифе, встречала. В первом травматологическом отделении. Теперь судится с «О'ШОПом» своим. А ты, Вера, говоришь — иностранная фирма!
Инесса Карповна укоризненно посмотрела на маму, не столь укоризненно на Женю (молодая еще, что с тебя взять?), перевела дух и продолжила:
— Тридцать лет назад, когда я начинала работать, никаких инофирм в Москве не было. А Склиф — был! И всегда будет! Потому что — Склиф! А насчет языков ты, Женечка, не переживай, пригодятся тебе языки, человеку любое знание на пользу идет. Захочешь, уйдешь потом в какой-нибудь суперкрутой «импортный» медицинский центр. Там тебя с руками оторвут и сразу руководителем отдела персонала поставят, потому что ты будешь не только языки, но специфику медицинскую знать! Это ценится, ой как ценится. А пока можешь переводами заниматься. У нас многие доктора диссертации пишут, а английским не очень-то владеют, будешь им статьи переводить. Спокойный дополнительный заработок. И постоянный… Самое главное, что ты начнешь свою трудовую биографию не в гипермаркете каком-нибудь и не в торговом доме «Мухосранские помидоры», а в Склифе! Склиф — это… Инесса Карповна запнулась в поисках подходящего эпитета, но, так и не найдя его, закончила тем же, чем и начала: — …Склиф! Таксисты, когда узнают, где я работаю, вместо денег телефончик просят! На всякий случай, от которого никто не застрахован. И просто замечательно, что ты, Женечка, дипломированный психолог. Нынче мода такая — продвигать на руководство кадрами не делопроизводителей, а только психологов. Чтобы уж по науке руководили…
Сама Инесса Карповна относилась к делопроизводителям, но в психологии разбиралась отменно. Во всяком случае, никто не рисковал в этом усомниться. Себе дороже связываться с Инессой Карповной — не прибьет, так затопчет. «Не понимаю, Вера, как ты можешь дружить с этой железобетонной особой!», — удивлялся Женин папа. — «Это ты зря. Она совсем не такая», — отвечала мама. Маме положено было лучше разбираться в характере Инессы Карповны, как-никак в школе за одной партой семь лет просидели, с четвертого класса по десятый. И дружат с третьего класса, это ж представить невозможно, сколько лет!
— Ну так что, согласна?
Инесса Карповна смотрела на Женю серьезно, испытующе, даже можно сказать, что сурово смотрела. Когда на тебя так смотрят, сказать «нет» просто язык не поворачивается. Да и зачем говорить «нет»? На собеседовании в крупной логистической фирме Жене сразу же дали понять, что она им не подходит. Чем-то им ответы на вопросы не понравились, хотя отвечала на них Женя согласно всем правилам психологии. Специальность, как-никак. И вела себя правильно — сидела в открытой позе (никаких ног крестом или рук а ля Наполеон), где надо, задумывалась на секунду-другую, где не надо — отвечала без запинки. Впрочем, может, их такое идеальное собеседование и насторожило?
