Сэр Мэнсон Хиллард был захвачен врасплох, не смог правильно оценить обстановку, построение эскадры не обеспечило своевременного выхода тяжеловооруженных кораблей в огневые позиции, и так далее…
Все эти просчеты он учел, командиры крейсеров проинструктированы, план боя предусматривает несколько вариантов, да вдобавок он заготовил врагу парочку неприятных для него сюрпризов. Адмирал Нельсон выигрывал сражения в гораздо худших условиях и соотношении сил. Кто знает, может, и Балфуру суждено стать Нельсоном наступающего ХХ века? Рыцарем, а то и лордом. Простонародное происхождение его мучило до сих пор. Адмиральские нашивки получил, а вожделенную приставку «сэр» к имени — нет. Обидно.
Верить в это хотелось страстно. Тем более в графе «Удачливость» (была и такая в стандартных формах аттестации офицеров флота) у него регулярно появлялись оценки «good» и «very good». Хотелось бы только знать — его удачливость на флотоводческие дела распространяется или ограничивается рутинными успехами в личной карьере мирного времени? В боях, даже самых пустяковых, ему участвовать не приходилось. Да и никому из офицеров британского флота моложе семидесяти лет — тоже. С самой Крымской (она же — Восточная) войны.
Вот и погода сегодня явно благоприятствует. Плотная дымка, постепенно переходящая в туман, сгущалась и к западу, и к востоку, оставляя северную часть горизонта сравнительно чистой. Дистанция отчетливой видимости не превышала шести миль, что лишало противника его главного преимущества — прицельной дальнобойности.
Если он, наткнувшись на десятикратно превосходящий по числу орудий и двадцатикратно — по весу залпа организованный отпор, просто сбежит, пользуясь преимуществом в скорости, основная задача — довести до места конвой — будет выполнена. А если удастся положить в рейдер несколько снарядов главного калибра — ему конец!
Балфур приказал четверке крейсеров 2-го класса начать коордонат для перестроения в параллельную кильватерную колонну, пятью милями правее.
Понятное дело, шансы на то, что бурский скаут появится здесь и сейчас, были исчезающе малы. Неоткуда ему было узнать о движении конвоя, о том, что эскадра вышла в море для его встречи, и уж тем более — о намеченной точке рандеву. Не мог один-единственный легкий крейсер контролировать тысячи квадратных миль двух океанов. Если где ему и быть сейчас, так это болтаться в окрестностях мыса Доброй Надежды, где только и есть надежда перехватить бредущие без охранения транспорты.
Адмирал не то чтобы делал ставку на невероятное стечение обстоятельств, он (в чем совпадал по стилю мышления с Воронцовым) рассматривал свою миссию, как обычную шахматную задачу. Совершенно неважно, каким образом сложилось на доске положение, когда черному королю и слону нужно поставить мат в три хода своим королем и двумя конями.
Сейчас — аналогично. Имеется вводная: «Если враг появится здесь и сейчас известными силами — ваши действия?» На этот случай он имеет ответ. Не появится — и говорить не о чем.
— Все идет, как намечено, — сообщил Воронцов на «Изумруд». — Клади руль на SO 130, немного прибавь ходу. Заметишь четверку бронепалубных, сближайся кабельтовых на шестьдесят, стрельни несколько раз, близкими недолетами. Ответят — начинай отход на ONO 80. Не спеша, оставаясь в пределах их дальнобойности. Только не подставься… Вспомогательным крейсерам поворот «все вдруг» на SSW 200, скорость двенадцать.
— Будет сделано в лучшем виде, ваше превосходительство, — с задором ответил Белли. План действительно менялся, но флагману виднее. Он быстро изобразил на карте схему маневра с учетом полученного приказа.
Замысел Воронцова начал вырисовываться. Судя по всему, Дмитрию Сергеевичу захотелось тряхнуть стариной. Давно не стрелял с «Валгаллы» главным калибром. Но это значит — английская эскадра обречена на полное уничтожение. Со всем личным составом. Было ведь решено — пароход и его реальную огневую мощь
Или политическая обстановка каким-то образом изменилась и в секретности отпала необходимость? Ставки подняты до предела и пришла пора раскрывать карты? В этом случае командир может повторить то, что сам Белли проделал с «Гибралтаром» и «Эклипсом». Без лишнего кровопролития лишить эскадру хода и оставить на произвол судьбы. Раньше чем через неделю на шлюпках до ближайшего пункта, откуда можно дать телеграмму в Кейптаун, им не добраться. А если за это время налетит хороший шторм?
Законы войны запрещают оставлять экипажи терпящих бедствие вражеских кораблей без помощи. При этом шлюпки вдали от берегов надежным спасательным средством не считаются.
В любом случае не дело новоиспеченного кавторанга — забивать себе голову вещами, его не касающимися. Что начальство прикажет, то и будем делать.
