Я ее успокаивал, говорил, что он не стоит даже мизинца моей прекрасной сестры, что он еще очень пожалеет, когда сестренка встретит своего мужчину.
Она обнимала меня и говорила, что никто в жизни ее не понимает лучше меня. Ну разве, что Настя.
Я тоже обсуждал своих девчонок с Таткой совершенно без опасений быть осмеянным.
Если у меня возникало желание поделиться, я честно рассказывал про свои симпатии и детские влюбленности, я знал, что тайны моего сердца не будут преданы огласке.
Единственное о чем я не мог поведать сестренке — это, то как будоражит мою кровь ее лучшая подруга Настя.
Когда мы шли здороваться с Трубецким, она заговорщицки спросила тихим голосом:
— Ну-ка выкладывай, кем тебе приходится эта симпатичная особа?
Если у меня возникало желание поделиться, я честно рассказывал про свои симпатии и детские влюбленности, я знал, что тайны моего сердца не будут преданы огласке.
Единственное о чем я не мог поведать сестренке — это, то как будоражит мою кровь ее лучшая подруга Настя.
Когда мы шли здороваться с Трубецким, она заговорщицки спросила тихим голосом:
— Ну-ка выкладывай, кем тебе приходится эта симпатичная особа?
— Да мне тоже очень интересно, это твоя новая девушка? — посмеиваясь спросила Настя.
— Это моя коллега, она тоже гонщик, — ответил я спокойным голосом, исключающим двоякое толкование мооих слов.
Я не стал упоминать факт, что мы тренируемся и будем выступать на машине, которая принадлежит Саше.
— И кто же из вас круче?
— Много будете знать, скоро состаритесь. Игорь Николаевич, позвольте вам представить мою сестру Наталью, — я обернулся в сторону сестры, — и нашу общую подругу Анастасию.
Трубецкой уже вылез из-за руля. Он направился к нам и вежливо поклонился, совсем немного склоняясь и сохраняя аристократическую осанку.
Он поочередно взял правые кисти рук и поднес к своим губам, но не коснулся, а лишь сымитировал поцелуй.
— Девушки позвольте представить вам нашего руководителя команды, победителя гонки Ля Тарга Флёрио в Италии, победителя гонки Серки де Ромпа, призера Гран-при Монако, князя Трубецкого Игоря Николаевича.
— Боже, сударыни я пленен вашей красотой, — Трубецкой улыбался, — кажется, небеса разверзлись и оттуда спустились два нежных ангела.
Девушки засмущались, они опустили глаза и изредка смотрели на него так будто впервые пришли на бал в царские палаты.
А князь умеет делать комплименты.
Я уловил за спиной какое-то движение. Обернувшись я увидел, как Саша, надев черный шлем, облаченная в желтый облегающий фигуру гоночный комбинезон, садится за руль нашего «Сокола».
Девушка была хороша. Она явно слышала комплименты князя и психовала.
Не спросив ни у кого разрешения, она завела машину выехала на стартовую позицию.
— Подожди, нужно же подготовиться… — обратился я к ней
— Мне не нужно!
Она врубила передачу и под удивленные взгляды Славы и Артура рванула с места. Я посмотрел на солнце.
Оно здорово припекало. В августе в Москве или дожди или жара, третьего не дано.
Я посмотрел на Трубецкого. Князь неодобрительно покачал головой, но тут же провожая взглядом машину, добавил:
— Управление собственными эмоциями и гневом тоже часть тренировочного процесса. Пусть привыкает. Ведет себя, как пацанка. Но я это исправлю, никогда не поздно учиться хорошим манерам. Будем надеяться, что она не натворит глупостей.
Я посмотрел вслед стремительно удаляющимся желтым Жигулям.
— Что это с ней такое? — спросила Татка.
Ко мне с двух сторон подступили Настя и Татка. Наверно в профиль мы смотрелись, как комсомолец и две комсомолки с плакатов, тревожно вглядывающихся вдаль или в светлое будущее.
— Наша принцесса в гневе, — отшутился подошедший Артур, — пойдемте пить кофе, она вернется только минут через шесть.
— Принцесса? Почему не королева? Классно звучит — королева автогонок, — спросила Настя обернувшись к Артуру.
Тот скромно потупил взор в асфальт. Я его не узнавал.
— Знаете ли, Анастасия, дело в том, что королева может быть только одна, а принцесс много. К сожалению, не всем дано стать королевой.
Женская красота творит чудеса. Прав был Федор Михайлович Достоевский. Матершинник и грубиян старательно подбирал в своем лексиконе слова, для того чтобы понравиться Насте.
«Хитрый лис, как бы ты не корежился и выкаблучивался, не видать тебе Насти, как собственной задницы.», улыбнулся я Артуру.
«Не для тебя этот бутон растили», как выговаривала наша школьная директриса хулиганам, пытающимся ухаживать за симпатичными отличницами.
Мы пили кофе, Трубецкой рассказывал нам про женщину гонщицу, участвующую в соревнованиях Формулы Один, которую он знал лично.
— Никто не верил, что она способна потягаться с мужчинами. Женщина за рулем — редкое явления, а за рулем гоночного болида Формулы 1, практически, невероятное.
— Князь, я впервые слышу, что есть женщины гонщицы в буржуйской Формуле Один. Я думал там исключительно мужики выступают. Мне казалось, что это только у нас в социалистических странах равноправие.
