Я смотрю на браслет, который дал мне Торн. Молочно-белый камушек словно подмигивает мне из золотой оправы. Блондин сказал, что он будет заглушать силу крови серафимов для Падших и Отрекшихся. Теперь, когда я в курсе, каким мерзким может быть Нефилим, мне интересно, на что еще способен этот кристалл.
Я дергаю украшение на своем запястье, чтобы его снять, но он будто приклеился к моей коже. Офигенно.
– У меня тоже есть. Не знаю, что конкретно он делает, потому что превращаться я могу. Но он тоже не снимается.
– Он работает так, как я и говорил. Защищает тебя от Падших, – раздается голос чуть дальше от нас, эхом отражаясь от стен. Я не могу видеть соседнюю камеру, но коридор с моего местоположения немного просматривается. Наконец в моем поле зрения появляется Торн. Он останавливается по другую сторону моей решетки. Я встаю и немного отхожу назад, чтобы держаться от него на расстоянии.
– Как твоя голова?
Из камеры Стила доносится утробное рычание. Блондин на мгновение отводит взгляд в сторону звука, а после снова смотрит на меня.
– Где та группа людей?
– Там, где им и место.
– Ты – монстр.
В его ауре мелькает несколько черных молний. Единственный признак того, что его задели мои слова.
– Я пришел попрощаться.
– Может, сэкономишь свое драгоценное время и убьешь меня наконец? Все вот это вот, – обвожу рукой камеру, – абсолютно не имеет смысла.
Его взгляд смягчается, и он кладет руки на железные прутья. Говорит он очень тихо.
– Мы не собираемся убивать тебя, Эмберли, – он почти сразу продолжает, поэтому времени удивляться особо нет, – ну или не в том смысле, о котором ты думаешь. – В груди у меня все холодеет. Хотела бы я понять его слова неправильно, но увы, другого варианта нет.
– Значит, отдашь Серафиме, да?
Он сжимает губы в тонкую линию и кивает.
– Таков был наш с ней уговор. Если ты не присоединишься к нам добровольно, она заберет твое тело в качестве сосуда. Я уже говорил тебе, что мы никогда не станем врагами. В этом случае и не станем.
Что-то с такой силой врезается в решетку камеры, где сидит Стил, что стены начинают дрожать и с потолка на меня сыплется пыль.
– Нет! – рычит парень. Очевидно, он сам кидается на железные прутья, потому что лязг повторяется снова и снова.
Я хочу успокоить его, но перед Торном нельзя показывать свою слабость. А еще не хочу выдавать свою привязанность к брюнету и подставлять его под удар еще больше, чем сейчас. Тот громко ругается и бросается оскорблениями в адрес серафима. Я бы даже похихикала над некоторыми из них, если бы не пребывала в таком шоке.
– А как ты поступишь с ним? – мне приходится повысить голос, чтобы Торн услышал меня.
– Будет турнир. Победивший Падший заполучит его в качестве сосуда.
Наши судьбы предрешены.
– Ты не посмеешь! – орет Стил.
Блондин поворачивается и смотрит на херувима. Мягкость во взгляде тут же исчезает. Теперь в его глазах лишь лед.
– Так это и есть печально известный Стил, потомок ангелов, который преследовал нашу прекрасную Сильвер в кошмарах все эти годы, – он подходит к соседней камере, но я по-прежнему вижу его профиль. – Выглядишь немного потрепанно.
Мое сердце будто обвивает колючая проволока, грудь сжимается. Я бы все отдала, чтобы увидеть его сейчас. На короткое мгновение даю волю своим эмоциям. Пока Торн не видит.
После такого бурного приступа агрессии от внезапного спокойствия Дюрана становится жутко.
– Я тебя знаю.
Брови блондина ползут вверх от недоумения.
– Вот как?
– Ты ее не получишь.
Серафим указывает на меня подбородком:
– Ты тоже.
– Это мы еще посмотрим.
Рука Стила появляется между прутьями, он пытается схватить Торна за рубашку, но тот просто отходит на пару шагов назад.
– Ты серьезно думаешь, что… – неф не успевает договорить, что-то прилетает ему в висок. Он закрывает лицо рукой. От спокойствия не остается и следа, и он гулко рычит в сторону херувима, обнажая передние зубы.
Рана не на той стороне лица, которой он повернут ко мне. Поэтому я не могу оценить ущерб. На полу чуть позади я замечаю кусок камня. Это тот, что отвалился от стены во время его приступа агрессии? Видимо, его брюнет и швырнул.
Серафим опускает ладонь вниз, с его пальцев капает кровь. Ничего не говоря, парень протягивает окровавленную руку в сторону соседней камеры и выпускает струю огня.
Вскрикиваю и бросаюсь к решетке, но без толку. Мне все равно ничего не видно. Слышу, как его тело с глухим ударом врезается в противоположную стену. А потом повисает тишина.
– Стил! – кричу ему я, абсолютно наплевав на то, насколько отчаянно звучит мой голос. – Стил, ты в порядке?
Не отвечает.
– Что ты с ним сделал? – набрасываюсь я на блондина.
Он переводит свой ледяной взгляд на меня:
– Ничего такого, от чего он не сможет оправиться… когда-нибудь.
Я бью руками по железным прутьям, мешающим моей свободе. Самоконтроль полетел к чертям.
– Как ты мог, Торн? Я доверяла тебе!
– Ты никогда мне не доверяла. Будь все так, как ты говоришь, всего этого не произошло бы.
С этими словами он поворачивается и уходит прочь.
