– Ты приказал ему убить мою мать, – сказала Лорелея, мечтая, чтобы это оказался всего лишь сон. – Ты начал все это.
– Я удивился, что он услышал мой шепот. Кейн Блэкуотер тоже услышал. Мой голос был тихим и
– Кейн выбрал свой путь до того, как познакомился со мной.
– Но именно из-за тебя он стал притворяться героем.
– Он и есть герой.
Он защищал Лорелею, хотя не должен был.
Если бы не она, он мог легко выиграть Испытания.
– Герои не совершают ужасных поступков в обмен на золото, – улыбка Магнуса тронула губы.
– Понятия не имею, о чем ты, – она изо всех сил старалась показаться непоколебимой, но не знала, насколько хорошо ей это удавалось.
– Безусловно, – Магнус притворился, что сочувствует ей, слегка надув губы и смягчив взгляд. – Никто тебе не рассказывал о том, каким человеком был Кейн Блэкуотер когда-то, и уж точно он сам воздержался от подобных историй.
– Важно, кто он сейчас.
– Правда? Какого мнения ты была бы о нем, узнав, что он заключал сделки с Домиников Роувом? Он лишал людей жизни за его золото.
Сердце Лорелеи пошло ко дну, как горящий в море корабль. Пусть она мертва, но Кейну придется продолжать следовать за светом, он должен будет бороться за добро, иначе мир превратится в пепел.
– Когда Роув убил твою мать, ее кровь открыла мне двери и дала достаточную силу. Признаюсь, я был нетерпелив. – Он подошел ближе, Лорелея отступила. – Пользоваться своими силами, находясь в Лимбе, утомительно. Но благодаря Роде Абадо и ее смятенному разуму я снова буду ходить по земле. Я пытался склонить к торгу ее сестру, но она оказала сопротивление. А Роду достаточно было лишь подтолкнуть в нужном направлении, и она идеально исполнила свою роль.
Магнус широко улыбнулся, обнажив блестящие, белоснежные, как весь мир вокруг них, зубы. Белые хлопья падали с неба. Сначала Лорелея подумала, что это снег, но, когда одна снежинка упала ей на руку и она коснулась ее, та размазалась по коже, оставив серый след.
Пепел.
Ветер принес густой аромат тлеющих углей и горящего дерева.
Белоснежный песок под ногами Магнуса почернел, из него вырвались щупальца, будто обладающие собственным разумом.
Магнус засмеялся громче, его смех подхватило эхо, а падающий пепел запачкал белоснежную рубашку. Он раскинул руки, ловя пепел ладонями.
– Чем больше крови выльется из твоего тела, тем сильнее я стану. Я выжгу себе путь из этого места и найду своих братьев. Тогда все вместе мы иссушим море.
Кейн держал Лорелею в своих объятиях, пока ее кожа не стала холодной. Он звал ее по имени до тех пор, пока губы не пересохли. Пираты вокруг слились в единый шум и хаос, но он оставался стоять на коленях, служа подушкой для ее головы и гробом для тела.
Он видел, как Цилла осторожно опустила сестру на землю. Флинн подбежал к ней, обнимая за плечи и выкрикивая проклятия Доминику Роуву. Все шумели и кричали, наполняя пещеру гомоном голосов.
Он смотрел на нежное умиротворенное лицо Лорелеи, ненавидя себя тем больше, чем дольше смотрел. Ему не следовало приводить ее на Перекрестие. Единственная причина, по которой она оказалась тут, был он и его амбиции. Если бы он увез ее куда-то еще, где она была бы в большей безопасности, она бы осталась жива. Церулия была бы в безопасности.
Это его вина. Как всегда, только его вина.
– Локхарт! – закричал он. Хотя было уже слишком поздно что-то менять, он хотел, чтобы мир услышал его слова.
Пираты замолчали. Они с опаской наблюдали за Кейном, будто он сейчас взорвется. Возможно, он мог бы.
– Она действительно была наследницей. Женевьева сбежала в Порт Барлоу, когда узнала, что беременна.
– Как можно было предполагать, что я поверю таким заявлениям без должных доказательств? – спросил Локхарт с печалью.
– Иногда нужно просто поверить. Лишь это требовалось твоей королеве от тебя. Только это нужно было твоему королевству. Теперь, из-за твоей ограниченности и глупости людей, стоящих за тобой, Магнус восстанет. Ее смерть, кровь Штормов, была последним элементом, необходимым ему. Предполагалось, что Испытания послужат спасением нашему народу, но вы обрекли нас на смерть.
Кейна окружили люди, столь же встревоженные, как и он. Подбородок Нары дрожал, когда она встала на колени рядом с Лорелеей. Ариус тоже опустился на колени рядом с ней, взяв ее за руку. Флинн склонил голову и рухнул на колени. Глаза Циллы были такими же измученными, как и ее тело.
– Я не смогла защитить ее, – прошептала Цилла, опускаясь. – Ведьма Руин дала мне единственное задание, и я не справилась.
Земля под ними задрожала, сотрясая пещеру. Потом, так же внезапно, как началось, землетрясение прекратилось.
– Начинается, – сказал Борн, стоявший рядом с Кейном.
Кейн стиснул зубы.
– Вот так? Все кончено? – он не узнал собственный голос.
Борн опустился на колени рядом с неподвижным телом Лорелеи.
– Возможно, я мог бы вернуть ее. Шансов мало, но…
