- П-Парис? Мистер Ли?!! – он ошарашенно переводил взгляд с одного на другого, на секунду задержавшись на Андре, но, не зная его, снова соскользнул на знакомые лица. – Что...это...
- Здравствуй, Уолтер. Безумно рад тебя видеть, – поприветствовал его Эйдн, разряжая атмосферу. Тот опомнился, поспешил обменяться рукопожатием с итальянцем и тоже самое повторил с Парисом, чуть дольше задержав взгляд на его лице. Никто не обратил на это внимания, поскольку многие по обыкновению не просто задерживали взгляд, но и застывали на пару минут, завороженные совершенной гармонией его черт.
- Что ты здесь делаешь? – спросил Линтон со странным, лихорадочным блеском в глазах. Мне на мгновение показалось, что он сейчас заключит Уолтера в объятия, но этого, конечно же, не произошло. Впервые я наблюдал, чтобы Парис был так рад кого-то видеть. Мы зашли в одно из уютных бульварных кафе на чашку кофе.
- Я здесь по работе. По делу о мошенничестве одного из лондонских чиновников, – пояснил англичанин, садясь за один из многоместных столиков и снимая с головы цилиндр, снег на котором тут же начал таять в душном тепле помещения. У него оказалась довольно пышная, жесткая шевелюра со слегка небрежно торчащими в разные стороны волосами, что, на мой привыкший к классике взгляд, казалось скорее модернистским, чем неряшливым.
- Так ты занят в полиции? – удивился светловолосый. Уолтер покачал головой:
- Нет. Я адвокат семьи этого толстосума. И суд состоится в Париже, поскольку истец – француз и, разумеется, не намерен отправляться в Лондон только ради судебного заседания, – он слегка закатил глаза и я понял, что ему смертельно надоела если не его работа, то текущее дело.
- Так ты адвокат...- протянул Линтон, – Что ж, очень сейчас популярная профессия, наряду с предпринимательством... Хотя я тебя всегда представлял во второй роли.
- Этим я и собираюсь заняться чуть позже – возродить дело моего отца, – качнул головой Холлуэл.
- Это прекрасная идея, Уолтер, – улыбнулся Парис.
Я, наблюдая за ними, даже подавился кофе и поспешил прижать к губам салфетку: эти двое с одной стороны казались просто старыми знакомыми, может быть, друзьями, но с другой – между ними как будто пробегала едва заметная, словно костровая искра. Интересно, Эйдн чувствует это?
Вероятно, я своим кашлем выдернул британца из его транса и он поспешил представить меня старому знакомому:
- Познакомься, Уолтер – это Андре Романо, учащийся нашей балетной школы и мой протеже. Андре: Уолтер Холлуэл – мой и Эйдна давний друг и знакомый из Лондона, теперь еще и адвокат.
- Очень приятно, – я обменялся с англичанином рукопожатием. Что мне понравилось и очень удивило – так это ощущение его ладоней: руки Уолтера оказались поразительно гладкими, с тонкой и нежной, почти женской кожей. В сочетании с легкой хищностью взгляда и сформировавшимися чертами молодого мужчины, этот аспект был очень контрастен и вызывал легкое подсознательное изумление.
Мы проговорили еще час и я узнал, что этому парню Холлуэлу двадцать восемь и он окончил Оксфордский университет с отличием по специальности юриста и экономиста, при том, что никогда не учился в школе.
В который раз уже задаю себе вопрос: неужели все знакомые и друзья этой блистательно-ненормальной парочки такие неординарные?! Что ж, каков ты сам, таковы и твои друзья.
После мне с Эйдном пришлось покинуть их, потому что довольно исключительная (и, по моему подозрению, нелегальная) лавочка с различными медикаментами и ядами работала всего лишь до двух часов дня, а нужно было еще добираться до нее добрых полтора часа. Поэтому мы встали и попросили разрешения откланяться. Дегри выразил надежду позже подробнее узнать нюансы жизненного пути Уолтера.
Парис сказал, что они еще немного побудут в кафе, а после отправятся в пансион мадам Гальян, где и будут ждать его и моего возвращения, ведь мы же ненадолго?..
- О нет, это не займет больше двух часов, – заверил их Эйдн и вместе со мной вышел на засыпанную снегом Иль-де-ля-Сите...
- И каким ты находишь Париж? – поинтересовался Линтон, когда он и Холлуэл вышли из кафе на острый морозец, мигом проникший ледяными иглами в ноздри и направились к видневшемуся неподалеку пансиону.
- Каким? – Уолтер огляделся, – Сейчас – прекрасным, а в остальные сезоны – настоящей помойкой. По-сравнению с Лондоном, – добавил он.
- В этом вы с Эйдном сошлись во мнениях, – фыркнул Парис, – Похоже, только меня и Андре все устраивает. – они зашли в пансион и поднялись по лестнице на третий этаж.
- А вы здесь, к слову, какими судьбами? – спросил тот.
- У нас недавно были гастроли, – пояснил Линтон, подходя к квартире и отпирая ключом дверь, – Но Лорану – протеже Андре... нездоровится. Эйдн и Андре сейчас как раз уехали искать лекарство.
- Протеже – вот как это теперь называется...- ухмыльнулся Уолтер, проходя в номер и снимая шляпу.
