— Не надо «или», — хмуро остановил его Клайд. Перспектива попасть в полную зависимость от Француза его вовсе не прельщала.
— Вот, — добавил он, — возьми аванс. Вторую половину получишь завтра, в обмен на порядочное удостоверение. Как видишь, плачу за скорость…
— Заметил, не дурак. — Француз похрустел кредитками. — Потребуются твои отпечатки и голограмма физиономии… Зайди в мастерскую Томаззо — ты знаешь где… Я созвонюсь с ним. Только этот парень берет наличными…
— Значит, заплачу наличными, — успокоил его Клайд.
— Вижу, ты бабками поразжиться успел, — констатировал Француз. — Дело протолкнул или спонсора нашел?..
— Об этом — потом. — Клайд поморщился — раньше Дидье не был так настырен: что-то сдвинулось тут в его отсутствие, что-то изменилось… — Ты лучше меня с Мергеном сведи. И с другими… моими. Как они там?
Француз подошел к столику работы времен заката Империи, налил себе и гостю по глотку абсента и задумчиво присел на край стола.
— Слушай, Дейл, — ответил он вопросом на вопрос. — Ты ненароком не думаешь тут разборку устраивать? До меня тут слухи доходили — ну, пока ты за покойника здесь проходил, — что тебя на каком-то деле сильно обштопали…
— Да нет. — Клайд пригубил противный напиток и криво усмехнулся. — С ребятами у меня счетов нет. А что — не так что-нибудь?
— Да все так. Только все они сейчас на дно залегли… Но для тебя постараюсь выковырнуть кого-нибудь… Не Мергена, так Глазастого… Не Глазастого, так Мириам. Только они знать должны — за каким ты их ищешь… Здесь после истории той, — Француз невинно поднял глаза к потолку, — с Камушком Чертовым, все очумелые ходят… Так что ты уж, будь добр, намекни…
Клайд секунд двадцать задумчиво рассматривал на просвет свою емкость с остатками выпивки, а затем, будто очнувшись, вскинул взгляд на собеседника:
— Намекаю: есть возможность закончить начатое. И заработать больше, чем думали. Надеюсь, Дидье, ты точно передашь кому-то из ребят мои слова?
— На память не жалуюсь, — несколько обиженно буркнул Француз. — И все-таки еще раз говорю: не дергайся сейчас. Все тут на рогах ходят. Говорят, ко всему еще Сапожник с Папой чего-то не поделили, и заварушка впереди — крупная. Крупнее не бывает. Поэтому…
— Я поостерегусь, — с кривой улыбкой заверил его Клайд. — Ты уж мои заботы в свою голову не бери… Тем более что и Папа Джанфранко, и Сапожник-Маноло мне как шли, так и ехали.
Он встал, подхватил дорожную сумку и чуть заметно поклонился:
— Ну, до завтра.
— До завтра, — ответил Француз и, сокрушенно покачивая головой, проводил Клайда до дверей своей «имитации мансарды».
Проследив из окна, куда направил свои стопы воскресший из мертвых Клайд — а направил он их в сторону ближайшей станции монорельса, — Француз-Дидье ухватил трубку блоха связи и набрал условленный номер. С того конца линии ему ответил очертеневший от бесплодного ожидания Трюкач. Выслушав взволнованный монолог Француза, он пообещал «доложить наверх» и вырубил связь.
Француз набрал второй номер.
Мерген выслушал его и, помолчав минуту-другую, предложил через час собраться в ресторанчике у Влада — обмозговать ситуацию.
Только после этого Француз, выполняя свое обещание Клайду, набрал номер мастерской Томаззо.
На монорельсе Клайд никуда отправляться не собирался и до станции добираться не стал. Обогнув квартал по периметру, он пристроился в заранее намеченном для этой цели неприметном кафе, из которого по диагонали неплохо просматривался выход из обиталища Француза-Дидье. Минут пять-шесть у него ушло на то, чтобы в туалете привести в действие свой камуфляж: белокурый парик, пышные усы — в тон шевелюре, только чуть потемнее — и старинной работы, в половину лица кристально прозрачные — светозащитные только привлекли бы внимание — очки. Сменил Клайд и пиджак. Франтоватая личность, усевшаяся за столик у витрины, не более напоминала Клайда Ван-Дейла, чем любую другую особь мужского пола чуть выше среднего роста.
