– Женщине, которой изменяют, они не нужны, – ответила Юля. И, помолчав, пояснила неохотно: – Изменившееся поведение. Чужие запахи. Эта его… привычка выпивать, пусть немного, но все же. Я просто не акцентировалась на этом тогда. Ведь если припереть его к стенке… нет, он бы, скорее всего, признался. И что мне с этим тогда делать? Разводиться? Знаете, я его люблю… любила… своего мужа. К тому же… Куда мне деваться? – с внезапным цинизмом добавила она. – Обратно в Самару? У меня здесь клиенты, и вообще, мне в Москве нравится. Снимать квартиру? Это серьезные расходы. Вот и… предпочла закрыть глаза. Знаете, с женщинами такое случается. Надеялась, что это просто… эпизод такой, и что все пройдет, и Юрка снова будет только со мной… Но – любовница была, поверьте моему чутью.
«А вот это уже интересно, – подумал Гуров. – Но если не Вика, то кто?»
Гуров вернулся в управление уже после обеда. Телефон Юрия Санько обнаружился у экспертов. Забирая его, Гуров узнал, что мобильные телефоны Екатерины Кольцовой и Юрия Санько были изъяты с места преступления и переданы криминалистам для проведения всевозможных экспертиз по указанию старшего следователя прокуратуры Игоря Федоровича Гойды. Гуров едва отговорил себя от сильного желания позвонить Гойде и вежливо попросить его держать в курсе сотрудников уголовного розыска, которые, на минутку, и работают с контактами жертв. И какого, мать его, черта многоуважаемый Игорь Федорович решил делать все в единоличном порядке, так как…
Гуров поднимался по лестнице на свой этаж, через одного с кем-то здороваясь, кому-то протягивая руку, а кому-то просто дежурно улыбаясь. Раздражение постепенно улетучивалось, но неприятный осадок на душе еще оставался. Каково же было его удивление, когда он увидел в кабинете не только Стаса Крячко, а Гойду собственной персоной.
– День добрый, Лев Иванович, – с улыбкой поздоровался Гойда. – О, телефоны, смотрю, ты уже забрал. А я как раз по этому поводу. Ты уж прости, что ничего тебе не сказал, но я решил, что снятие отпечатков пальцев будет поважнее, чем проверка контактов жертв. Во всяком случае, на данном этапе. Зашел за тобой, чтобы вместе отправиться к экспертам, а ты меня опередил.
Гуров всегда прислушивался к Гойде и уважал его решения. В конце концов, они работали в одной связке не впервые и ни разу не расходились во мнениях. Бывало, спорили. Случалось, что были резки друг с другом. Но эти моменты были рабочими, не более. В итоге все равно приходили к одному знаменателю, сохраняя достоинство и самоуважение.
– Предупреждать надо, – на всякий случай заметил Гуров.
– Моя ошибка, – согласился Гойда. – Замотался.
– Ты только из-за мобильных телефонов здесь появился? – Гуров указал на пакет. – Или есть новости?
– Хотел узнать у вас.
Стас Крячко решил, что теперь и он может выступить.
– Есть такие, – сообщил он. – Но факты недостоверные.
– Юлия Санько подозревает мужа в измене, – сказал Гуров. – Как-то даже застала его в их квартире с девушкой. Поеду к ней, вдруг прольет свет?
– Тогда что же получается? – задумчиво проговорил Гойда. – Соперница решила расправиться с женатым любовником? А какой мотив? В таких случаях, насколько мне известно, жертвой как раз жена бы стала.
– Да нет, любовница вряд ли решилась бы на убийство. – Гуров залпом допил остатки кофе и стукнул кружкой о стол. – На убийство скорее решилась бы жена, которая оказалась очень ревнивой.
– Юлия? – удивился Стас. – Эта хрустальная туфелька? Да ее соплей перешибить можно. Нет, я не спорю, – запротестовал он на всякий случай, – но откуда Юля взяла силы, чтобы проломить мужу голову?
– Не чем-то, а тяжелым предметом, – напомнил Гуров. – Если приложить силы к основанию и использовать тяжелый предмет в качестве маятника, то сила удара возрастет в разы.
– Это если предмет определенной формы, – вступил в обсуждение великий физик Гойда. – Например, подсвечник. А если били камнем?
– Тогда бы и область удара выглядела иначе, – ответил Гуров. – Но у нее есть алиби, так что пока в качестве подозреваемой Юлию рассматривать смысла нет.
– Зато мотив прекрасный, – возразил Крячко, без особой, впрочем, охоты. Гуров вопрошающе вскинул бровь, ожидая продолжения. И Стас пояснил: – Квартира. Жилплощадь в Москве, в новом доме. Для провинциальной девочки – нехилое такое достижение. И она – единственная наследница.
– Станислав Васильевич, ты прав, мотив есть. Но почему именно сейчас?
– Вот именно, – согласился со следователем Гуров. – Забудем про алиби. Насколько я понял, муж зарабатывал больше. Ремонтными работами занимался. У себя Санько ремонт так и не сделали. Клиенты на массаж у Юлии нерегулярные. И на что жить-то она будет? С квартирой в полной своей собственности?
– Вот-вот, – кивнул Гойда. Стас пожал плечами, мол, мотив есть, а с остальным они по ходу дела разберутся. – А по поводу орудия убийства… – вернулся он к прежней теме разговора. – Результаты судебно-медицинской экспертизы расскажут обо всем. И о том, что было, и о том, на что это похоже. Кстати, я за ними тоже хотел сходить. А ты, Стас, чем порадуешь?
