– Плевать, – едва слышно прошелестела Юля. – Да и кто может прийти, кроме полиции? Участковый уже два раза звонил.
– Чего хотел?
– Спрашивал, не собираюсь ли я кого-то у себя прописывать.
– Это он зря, – согласился Гуров. – Примете меня, Юля?
– Куда я денусь…
Гуров переступил порог и сразу же остановился. На полу не было того самого темно-красного ковра, на котором лежало тело Юлиного мужа. «Взяли на экспертизу? – прикинул Гуров. – Бог с ним, с ковром. Если взяли, то даже лучше».
– Пройдите в комнату, а я сейчас буду.
Юля исчезла за ближайшей дверью. Гуров успел выхватить взглядом кусочек широкой кровати, покрытой голубым покрывалом. «Спальня», – отметил про себя Гуров и вдруг представил, что Юля вернется не одна, а с Кольцовым. Ну а что? На нервной почве всякое случается, а горе, говорят, даже сближает.
Он зашел в небольшую светлую комнату. Квартира была новой, но вчера Юля не просто так упомянула о том, что у ее мужа так и не дошли руки до наведения порядка в семейном гнездышке. Стоило приглядеться, как сразу стали заметны неровности на выкрашенных в белый цвет стенах и потертости на ламинате. Им, как и соседям, не хватало денег на ремонт? Или просто руки не дошли? Скорее всего, второе. Когда ты молод и здоров, кажется, что все еще успеешь, что все получится, что все впереди.
А потом приходит кто-то и ставит точку в твоей жизни. И задача Гурова – найти этого кого-то, заставить его отвечать по закону за то, что он сотворил с людьми. Ведь не только в жертве дело. Юрий Санько был убит, это да. Но его оставшейся в живых жене предстоит с этим как-то жить. А родителям, друзьям каково? Та же история и с Кольцовыми…
Юля выплыла из-за плеча Гурова и остановилась напротив, отвлекая его от философствования. Она переоделась и причесалась. Только с лицом ничего не сделала. Оно все так же выглядело заплаканным.
– Мой напарник вчера намеренно не стал вас мучить, – признался Гуров. – Сегодня вместо него я. Поговорите со мной?
– Да о чем же?
Юлино удивление было искренним, но каким-то безэмоциональным. Впрочем, еще вчера Гуров отметил про себя, что эмоции у этой девушки спрятаны очень глубоко.
– Прошла ночь, – напомнил Гуров. – Может быть, вы что-то вспомнили за это время?
– Я вспоминала Юру, – ответила девушка. – С момента знакомства до последнего разговора. Все, что могла, вытащила из памяти.
– И есть чем поделиться с сотрудником уголовного розыска? – серьезно спросил Гуров.
– Рано об этом говорить.
– Почему же? Неужели так и не задались вопросом, почему произошло то, что произошло? Не верю.
– Как раз такой вопрос я себе задавала. Вы курите?
– Грешен, – покаялся Гуров. – Но не на постоянной основе.
– А мне очень хочется. Но – бросила. Юрка отучил. У вас не найдется сигареты?
– С собой не ношу, – для пущей убедительности Гуров проверил карманы.
– Жаль. Ну ладно.
Юля села на диван, Гуров же увидел в углу комнаты одинокий стул и перенес его ближе к дивану.
– В голове все время крутится одно слово. Враги. Враги. Враги, понимаете? Обычно же убийца – это враг жертвы. Да?
Юля уставилась на Гурова в ожидании ответа.
– Не совсем так, – мягко поправил он. – Иногда потенциальный убийца действует без плана. И не на фоне личной неприязни, а потому что ему непременно нужно получить свое. Любой ценой.
– Это как наркоманы, верно?
– У наркоманов хотя бы есть план. И они редко могут контролировать свои желания, даже имея при этом ясный ум. А почему вы вдруг заговорили о наркотиках?
– Просто в голову пришло, – встряхнула головой Юлия. – Мы с Юркой, слава богу, не из этих.
– Юля…
– Вы меня подозреваете, да?
Юлия не смотрела на Гурова. Задать такой вопрос ей было сложно, а получить ответ она боялась.
– Ваша клиентка Мария Скоробогатова подтвердила, что вы провели в ее доме целую ночь, – ответил Гуров.
– Слава богу…
– А камера видеонаблюдения, установленная над домофоном, зафиксировала ваше прибытие домой на такси, – продолжил Гуров. – Таксиста тоже нашли.
– Алишер Губанов, – перебила Юля. – Я запомнила его имя. Непривычное сочетание имени и фамилии. Поэтому и запомнила.
– Губанов подтвердил, что забирал вас по адресу, где вы были той ночью.
– Спасибо вам.
– Да за что? – удивился Гуров.
– А я боялась.
Юля глубоко вздохнула и наконец отважилась посмотреть Гурову прямо в глаза.
– Не виновата, а все равно тряслась. Знаю, когда сажают невиновных. И ничего сделать уже нельзя.
– Такие случаи – редкость, Юля.
– Просто… я боялась.
– Почему?
– Потому что у нас все было плохо в последнее время.
«Наконец-то, – подумал Гуров. – Давай, девочка. Выкладывай».
– Юрка стал в последнее время другим. Не таким, каким он был, когда мы переехали. О квартире мы даже и не мечтали. Жили вместе с папой Юрки в двушке.
– А ваши родители?
– Мои… Я не москвичка, – покачала головой Юля. – Из Самары, приехала сюда на повышение квалификации – курсы по массажу. Вот и… С Юркой познакомились, встречаться стали. И осталась здесь. Мама с папой – там. Как-то справлялись, конечно. Папа Юры был очень хорошим, они ведь одни очень давно. Юркина мама ушла из семьи сразу после родов. Бросила маленького ребенка и мужа.
