— Не надо, — Сергей Леонидович что-то пишет, после чего протягивает мне протокол допроса.
Адвокат выхватывает лист бумаги, надевает очки и внимательно его изучает под скрежет зубов следака и мои постоянные усмешки.
— Все верно, — протягивает мне, и я ставлю свою размашистую подпись.
— Всего доброго, — встаю, объясняя адвокату, что с ним свяжусь, а он остается, чтобы уладить остальные формальности со следователем. Если перевести на русский язык, то попробовать пообщаться в неформальной обстановке.
В коридоре прислоняюсь к стене и чертыхаюсь. Ну и упырь этот следователь! Намекает, ехидно усмехается и делает вид, что не в курсе. Кто ж тебя проплатил, гад такой? И Аню нафига сюда приплели? Нет бы, как раньше, разобрались по-мужски. А тут такие хитроумные ходы придумывают, что им бы детективы писать, а не по башке со спины бить!
Провожу рукой по лицу, после чего направляюсь к выходу. Уверен, адвокат часть информации вытянет, а с остальным как-нибудь сам разберусь. Главное, чтобы девушка не пострадала. Мало ли, что у этих отморозков на уме.
Сажусь в машину к Дарине и кратко пересказываю наш разговор со следаком. Умалчиваю лишь о его намеках — нечего девчонок раньше времени пугать. Надо кое-что проверить, а потом уже можно каяться, как на духу. И то, если мне позволят это сделать.
— С Аньки глаз не спускать, — дает наставления Дарина. — Мало ли, что у бандитов на уме. А ты, — тычет в нее пальцем, когда девушка открывает рот, чтобы возразить, — даже не сопротивляйся! От Сторожилова ни на шаг, поняла?
— А ты? — тихо спрашивает Аня.
— А я в тыл врага пойду, — усмехается прокурорша. — На разведку. Сумку забери, растяпа.
Мы выходим с Анютой из машины на улицу. Держу ее крепко за руку, чтобы не сбежала — кто знает, что у нее на уме? Иногда логику и поведение женщин сложно понять.
— Я не сбегу, — произносит блондинка, читая мои мысли, когда я помогаю ей сесть на пассажирское кресло. — Честное слово.
— Хотелось бы верить, — бурчу себе под нос, закрывая дверь, но тут слышу окрик:
— Сторожилов!
Разворачиваюсь и наблюдаю, как Дарина идет через дорогу в мою сторону.
— Что-то забыла? — интересуюсь, когда девушка подходит ко мне близко, озираясь по сторонам.
— Разговор к тебе есть. Без Анькиных ушей.
— Слушаю внимательно.
Она вздыхает, снова оглядываясь по сторонам. Пауза затягивается, но я молча жду.
Готов признать, не такая уж стерва эта Громова. Несмотря на неприязнь в прошлом, все равно мне помогает. Конечно, если бы не Аня, то лично мне строгая прокурорша вряд ли помогла бы, но все равно приятно.
Однако последующие слова загоняют меня в ступор — вот уж не ожидал, так не ожидал! И готов признать второй раз, что ошибался насчет Дарины.
— Я по поводу твоего спора в суде, — девушка вздыхает, глядя мне прямо в глаза. — Там есть один нюанс, который судья скорее всего не заметит, а моему коллеге, вероятно, настоятельно порекомендовали не обращать внимания на всякую ерунду.
— Ты откуда знаешь?
— От верблюда, — кривится Дарина, но продолжает. — Любопытство пересилило, заглянула в дело. Если кто узнает, что я без спроса копалась в чужих бумажках — у меня будут проблемы.
— Я не сдам, можешь не переживать.
А вообще, она интересная, эта Громова. То грозится посадить, то подсматривает в дела, чтобы мне помочь. И как понять этих женщин?
— Значит так, тендер по поводу твоей покупки здания в центре города проводили с подставной фирмой-однодневкой. Ее уже в природе, понятное дело, давно не существует. Открыли, отмыли бабки, заплатили налоги и закрыли — стандартная схема. Не придерешься. Так вот, хозяин фирмы давным-давно за границей, тут дело тухлое. Однако в отчетах есть еще и подпись главного бухгалтера, что в твоем случае — стопроцентная победа. Найди женщину, дай денег, чтобы выступила свидетелем защиты и подтвердила — да, действительно, принимали участие в тендере, так как планировали реконструкцию здания. Позже планы поменялись, и фирма закрылась. Никто не докопается. Главное — до суда об этом никому ни слова, иначе могут быть проблемы!
— Спасибо большое, — произношу с придыханием и широко раскрытыми глазами.
— Координаты чуть позже дам, — отклоняется и смотрит на окно, за которым сидит Аня, откинувшись на кресло и закрыв глаза. — Но с тебя взамен Анькина безопасность, — снова переводит на меня взгляд, выпрямляясь. — Вот печенкой чувствую, знаешь, кто треснул Михалыча по голове, — и снова меня сканирует. — Знаешь, — зачем-то повторяет, — но молчишь! Лучше бы рассказал — я же реально хочу помочь.
— Понятия не имею, — игра взглядами продолжается, а я развожу руками.
Девушка первой отводит глаза, усмехаясь и хлопая меня по плечу.
— Аньке об этом знать не обязательно, еще волноваться начнет. Она у нас девушка впечатлительная, — произносит Дарина, разворачиваясь. — Пойду я. Попробую надавить на прокурора и устроить проверку в СК, авось прокатит.
