— Мой дорогой Проповедник, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком…
Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что нас заметил.
— Эй, а вы что здесь делаете?
Никто не ответил.
— Да это же новые ученики! — воскликнул Толстый Проповедник, улыбаясь собравшимся. — Ждёте отбора, я полагаю? Надеюсь, вы попадёте в Хаффлпафф! Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился, — продолжал улыбаться призрак.
— Идите отсюда, — произнёс строгий голос вернувшейся МакГи. — Церемония отбора сейчас начнётся.
Профессор строго посмотрела на привидения, и те поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим.
— Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала она, обращаясь к первокурсникам, — и идите за мной!
Вскоре мы оказались в Большом Зале. Он был освещён тысячами свечей, плавающими в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала был такой же длинный стол преподавателей. Профессор МакГонагалл подвела нас к этому столу и приказала повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам.
Через пару минут МакГонагалл поставила перед шеренгой самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную Шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потёртая и ужасно грязная.
На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем шляпа шевельнулась, в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:
Может быть, я некрасива на вид,
Но строго меня не судите.
Ведь шляпы умнее меня не найти,
Что вы там ни говорите.
Шапки, цилиндры и котелки
Красивей меня, спору нет
Но будь они умнее меня,
Я бы съела себя на обед.
Все помыслы ваши я вижу насквозь,
Не скрыть от меня ничего.
Наденьте меня, и я вам сообщу,
С кем учиться вам суждено.
Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем,
Что учатся там храбрецы.
Сердца их отваги и силы полны,
К тому же благородны они.
А может быть, Хаффлпафф ваша судьба,
Там, где никто не боится труда,
Где преданны все, и верны,
И терпенья с упорством полны.
А если с мозгами в порядке у вас,
Вас к знаниям тянет давно,
Есть юмор и силы гранит грызть наук,
То путь ваш — за стол Рейвенкло.
Быть может, что в Слизерине вам суждено
Найти своих лучших друзей.
Там хитрецы к своей цели идут,
Никаких не стесняясь путей.
Не бойтесь меня, надевайте смелей,
И вашу судьбу предскажу я верней,
Чем сделает это другой.
В надёжные руки попали вы,
Пусть и безрука я, увы,
Но я горжусь собой.
Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла.
Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.
— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна!
— ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула шляпа, после чего последовали аплодисменты от соответствующего стола.
— Боунс, Сьюзен!
— ПУФФЕНДУЙ!
— Бут, Терри!
— РЕЙВЕНКЛО!
…
— Грэйнджер, Гермиона!
— ГРИФФИНДОР!
…
— Лавгуд, Льюис!
О, моя очередь, наконец-то дождался! Быстренько подхожу и сажусь на табурет, после чего перед глазами встала чёрная стена. Вот и на мне оказалась шляпа.
— Гм-м-м… — задумчиво произнёс прямо в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. Вижу и преданность с трудолюбием, как и острый ум. А также есть хитрость… Трудный выбор… Ты подходишь для всех факультетов… Так куда мне тебя определить?
«Гриффиндор, — подумал я. — Он лучше всего подойдёт для реализации моих планов».
— Подойдёт для твоих планов? — переспросил тихий голос. — Возможно Слизерин подходит тебе лучше всего, но раз ты так хочешь… Что ж, тогда… ГРИФФИНДОР!
Я снял Шляпу и, ощущая дрожь, медленно пошёл к своему столу, с которого мне апплодировали. Чёрт, как же это волнительно! Я блин стал учеником школы чародейства и волшебства Хогвартс! Да кто не мечтал об этом из тех, кто знаком с этой вселенной?
Перси Уизли вскочил со своего стула, схватил мою руку и начал её трясти, а близнецы Фред и Джордж в это время вопили во весь голос:
— С нами Льюис! Вместе мы завоюем школу!
Посмеявшись над этим и пожав руки всем желающим, сел на свободное место. А церемония тем временем продолжалась…
— Малфой, Драко!
— СЛИЗЕРИН!
…
— Поттер, Гарри!
Гарри сделал шаг вперёд, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шёпотом.
Наверно около минуты он так просидел, пока шляпа не крикнула:
— ГРИФФИНДОР!
Ситуация с ним почти полностью повторяла мою, разве что большее число людей хотело пожать ему руку. Поздравив его, продолжил наблюдать за церемонией.
Когда оставшиеся ребята были распределены, Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы.
