– Не совсем. Для точного определения точки привязки нам потребуются все данные экспертизы – важно знать не только место, но и время совершения преступления, в каких временных рамках действовал убийца. Я лишь показала здесь “гипотезу круга”, а смысл в том, чтобы отметить места преступления на карте, взяв в качестве конечных точек диаметра две самые удаленные точки. В случае с отравленным доктором я расширила диаметр до Сантандера, учитывая, что он проживал там, и до Комильяса, откуда он выехал незадолго до смерти. Центральная часть круга – это наиболее вероятное место жительства убийцы. Но мы, естественно, не можем быть в этом уверены, особенно в случае врача, потому что нам еще только предстоит узнать, где он был отравлен.
– Ну, согласно этой гипотезе, – вмешался капрал Камарго, – убийца должен находиться где-то в Суансесе или в Сантильяне-дель-Мар.
– Это густонаселенные места, – вздохнула Редондо, – поэтому надо немедленно взяться за дело. Сабадель, думаю, ты уже знаешь свою задачу. К полудню мне нужны данные о Тлалоке, – холодно распорядилась она. – Если будет нужно поехать в Бильбао, поезжай. Говори с кем угодно, но проясни все, хорошо?
– Хорошо, – покладисто ответил Сабадель, хотя явно с трудом сдерживал кипевшее в нем раздражение.
– Торрес и Субисаррета, вы двое займитесь семейной, личной и рабочей биографией Педро Саласа, Давида Бьесго, Оливера Гордона и сеньоры Онгайо. Мне нужны также сведения об их близких родственниках, родителях, братьях и сестрах… любые детали, которые покажутся вам необычными. Это понятно? Особенно обратите внимание на родственников в возрасте от шестидесяти до восьмидесяти лет и старше.
Агенты покивали в ответ, делая заметки.
– И особенно прошу узнать о последних случаях смерти в их семьях. Причины, даты, места. Например, сеньора Онгайо упомянула покойного брата и сестру, а еще у нее должен быть младший брат, местонахождение которого неизвестно, хотя он мог переехать в Картахену. Также мне нужна вся доступная информация о дочери, которую она родила во втором браке.
– Но за этим придется обращаться в архив, что может занять несколько дней… – удрученно протянула Торрес.
– Поэтому я поручаю это вам двоим. У нас в запасе нет дней, счет идет на часы, так что действуйте быстро. – Редондо перевела взгляд на капрала: – Камарго, ты будешь на подхвате у Торрес и Субисарреты, но мне бы хотелось, чтобы ты сосредоточился в первую очередь на “Анчоусах Онгайо”, изучил историю компании и проверил, не случалось ли у них в последнее время спада или чего-нибудь необычного. В Торговом реестре сможешь получить финансовые отчеты компании, сведения о последних назначениях, любую информацию. А чтобы разгрузить коллег, – она сочувственно взглянула на Торрес и Субисаррету, – займись делами фирмы, самой сеньорой Онгайо и ее семьей. Работайте быстро и слаженно, договорились?
Агенты и капрал кивнули, прекрасно понимая, что именно Камарго будет руководить всем процессом, причем не только из-за более высокого положения, но и потому, что он всегда становился негласным лидером, даже работая в тех узких рамках, в которых Редондо предоставляла ему свободу действий.
– Сержант Ривейро, изучите диск компьютера Педро Саласа, узнайте, как обстоят дела с получением ордера на доступ к его мобильным данным, перепроверьте информацию, которую могут сообщить отели, расположенные поблизости от места, где было найдено тело Педро Саласа. Но сначала мы вместе съездим в Институт судебной медицины, потому что от их информации зависят дальнейшие решения. Возможно, придется обратиться за услугами в частные лаборатории, снова допросить вдову доктора и сеньору Онгайо, так что…
– Лейтенант! – В дверях возник капрал. – Извините за беспокойство, могу я с вами поговорить?
– Прямо сейчас? Это срочно? – раздраженно спросила лейтенант Редондо.
– Думаю, да. Только что позвонили, это касается вашего расследования. Если хотите, можем поговорить об этом наедине, я…
– Нет, капрал, говорите.
Капрал набрал в грудь побольше воздуха, словно мысленно воспроизводя телефонное сообщение.
– Похоже, подвергся нападению мужчина лет восьмидесяти, пациент больницы Святой Клотильды, здесь, в Сантандере… Звонил инспектор Мансанеро из корпуса национальной полиции. Он не захотел дать мне больше никакой информации, но сказал, что свяжется с вами, как только освободится, а сейчас они занимаются этим делом. По его словам, жертва находится в состоянии средней степени невменяемости, твердит что-то о лиґсе и его семейке, что Оливеру Гордону угрожает опасность и что он хочет поговорить с ним.
– С Оливером? – изумилась лейтенант, удивив такой неформальностью подчиненных. Но в конце концов, они столько пробыли наедине, болтали в машине обо всем на свете. Кстати, очень приятно провели время. Семья лиса? Оливер Гордон в опасности? Еще одно убийство? Хотя нет, на этот раз сорвалось. Но замурованный ребенок, загадочный ацтекский бог… Что за чертовщина?
