– Боюсь, пока ничего. Разве что следы указывают на то, что этот тип пробрался снизу, со стороны пляжа, потому тебе стоит всегда запирать заднюю дверь. И нож, и записку, и образец бензина отдадут на экспертизу. Наши ребята осматривают все мусорные баки поблизости в поисках емкости из-под бензина. А ты ничего не слышал?
– Нет, ничего. Заснул часов в двенадцать, а в половине восьмого, когда варил кофе, почувствовал сильный запах бензина, хотя окна были закрыты. Открыл дверь – и влип в эту гадость, а потом увидел записку.
– Ясно. Я же тебя просила быть осторожней. Еще раз повторяю: тебе нужно запирать все входы на территорию поместья. Может, даже установить сигнализацию.
– Нет. Я отказываюсь жить в страхе. Если этот сумасшедший снова объявится, я буду наготове.
– Почему ты думаешь, что это мужчина?
– Что?
– Ты сказал “сумасшедший”. Это ведь может быть сумасшедшая, женщина. К тому же я тебе говорила, что мы имеем дело не с помешанным, а с психопатом.
– А это не одно и то же?
– Нет, абсолютно. Психопаты – почти что нормальные люди, различают добро и зло, но они полностью лишены эмпатии, а кроме того хладнокровнее, решительнее, уравновешеннее и спокойнее, чем обычный человек.
– М-да, и чьи это мысли, доктора Фрейда? Потому что такой человек как раз и является безумным.
– Нет. Томографические исследования головного мозга психопатов выявили, что лобная доля у них менее активна, чем у остальных людей. Эта часть мозга отвечает за регуляцию и подавление насильственных действий.
– Отлично. Значит, будь моя лобная доля менее активна, это послужило бы оправданием для убийства Педро Саласа?
– Разумеется, нет, – терпеливо ответила Валентина. – Оправданий нет ни у кого, но у этого есть научные объяснения. У психопатов меньше серого вещества в области префронтальной коры, кроме того, в диагностике психопатии важнейшую роль играет миндалевидное тело – небольшая область мозга, величиной с арахис. Миндалевидное тело – бастион контроля над эмоциями, своего рода пульт управления. Оно отвечает за наши эмоциональные реакции, за наши чувства… у психопатов отсутствует часть этого спектра эмоций.
– Какая именно часть? – Оливер выглядел заинтересованным.
– Отвечающая за страх.
– Ух ты. По правде говоря, мне уже немного страшно. А у вас нет какого-нибудь теста на выявление психопатов?
Валентина рассмеялась.
– Конечно, есть. Но это не так просто. Этот, как ты его называешь, тест очень большой и сложный, состоит из трехсот вопросов и заданий. А еще можно изучить мозговые волны человека. Если простым языком, то у “нормальных” людей появляются тета-волны, когда мы засыпаем, медитируем или просто пребываем в расслабленном состоянии. А у психопатов эти же волны возникают в моменты большого возбуждения и напряжения – в стрессовых ситуациях они сохраняют полное спокойствие, в то время как у любого обычного человека мозг работал бы в режиме бета-волн, которые включаются в момент опасности.
– То есть, став свидетелем, например, ограбления, психопат останется спокоен настолько, что попросит принести ему попкорн, чтобы насладиться зрелищем.
– Это перебор, но в целом – да. Психопаты в среднем меньше подвержены тревожности, у них реже бывает депрессия, они эмоционально устойчивы. Но даже если твой мозг устроен так, что имеется предрасположенность к психопатии, это совершенно не означает, что ты автоматически становишься психопатом. Очень многое зависит от генетики, от семьи, от образования и даже от уровня интеллекта. А также от воли случая – выпадет ли возможность действовать.
– Теперь мне еще страшнее.
Валентина рассмеялась.
– Психопат вовсе не обязательно жесток. Он может быть бесстрашным, харизматичным, отчаянным, но жестоким. Или обаятельным и остроумным, но отстраненным. Например, Джон Кеннеди или Билл Клинтон – наглядные примеры такого рода психопатии. А знаешь, что для некоторых задач специально подбирают людей с высоким уровнем психопатии? В те же саперы.
Оливер во все глаза смотрел на Валентину.
– Значит, если мы вычеркнем милого симпатягу Оливера Гордона из списка подозреваемых, то нам останется расчетливый псих, истребляющий старичков и обливающий дома бензином? Можно спать спокойно. Так, а что делают психопаты, чтобы выжить и не попасться? У вас нет статистики или каких-нибудь исследований на эту тему?
– Ну, из того, что я знаю, у психопатов нет такой потребности в близости, как у других людей, и они, как ты выразился, “выживают”, постоянно перебираясь с места на место. Они довольно часто переезжают.
– Постоянно переезжают? Не слишком-то удобно, – покачал головой Оливер. – Но если психопат умен, то он ведь может просто создать для себя надежное убежище.
– Надежное убежище… – повторила Валентина раздумчиво. – Очень интересное замечание, Оливер.
– Клянусь, я не психопат и не убийца, в моем лице вы имеете незаинтересованного участника расследования. – И Оливер подмигнул ей.
Валентина улыбнулась.
– Замечательно, что ты так рвешься принять участие в расследовании, потому что я как раз хочу задать тебе несколько вопросов.
– Опять?
