– Да. О тебе, твоей семье и работе. Извини, но нам нужно выстроить картину. Важна любая информация.
Оливер перевел взгляд на горизонт, за который уже опускалось солнце.
– Боюсь, это невозможно.
– Почему это?
– Потому что я умираю с голоду и сначала мне требуется хотя бы приличный бутерброд. Так что если ты согласишься поужинать со мной, я расскажу тебе такую длинную и унылую историю, что ты мечтать начнешь о звонке от психопата.
– Прости, но пока идет следствие, у меня нет времени на ужины, тем более с человеком, замешанным в деле об убийствах, – дружелюбно, но твердо сказала Валентина. – К тому же мне еще надо вернуться в отдел, чтобы оформить отчет.
– Но тебе же все равно придется что-то съесть. Не волнуйся, это не свидание, а допрос, просто с горячей пищей. Обещаю не звать тебя на свидание, пока вы не поймаете психопата, контролирующего свои мозговые волны.
Он поднялся. Валентина смотрела на него с подозрением.
– Если ты не против, недалеко от вашего отдела есть кафе, мы как раз сможем там перекусить, а ты задашь мне свои вопросы. Идет?
Валентина вздохнула. Вообще-то она и вправду за весь день ничего не съела. Ладно, черт с ним, и в самом деле лучше беседа в неформальной обстановке, чем допрос в участке.
– Ладно. Как оно называется?
– “Эль Торто”. Кондитерская у супермаркета “Лупа”, возле мэрии.
– Я знаю это место. Договорились.
Через двадцать минут Оливер и Валентина встретились в полупустой кондитерской “Эль Торто”. Каждый подъехал туда на своей машине, и хотя это считалось официальной встречей, атмосфера была как нельзя более располагающей. Помещение с огромными окнами было оформлено в разных стилях, смесь всего подряд – индастриал, английская классика, ар-деко. У каждого стола – разные стулья. На полу и на стенах каждые два метра менялся узор керамической плитки и текстура. Негромкая музыка. Ностальгическая композиция “Глядя через плечо” группы
– Кем ты работал в Лондоне? – Валентина достала блокнот и ручку.
– Преподавал испанский в Университетском колледже, там же, где и учился.
– И бросил эту работу, чтобы приехать сюда и начать бизнес с нуля? У тебя был временный контракт?
– Нет, постоянная позиция, но я решил уехать, причин было несколько. Я нуждался в переменах. Моя мать год как умерла, брат пропал, и о нем по-прежнему ничего не известно, а отец, недавно вышедший на пенсию, почти все время проводит в Шотландии с родственниками. В Лондоне меня ничто не держало.
– Но и в Кантабрии тоже. Было бы логичнее уехать в Шотландию, раз уж там у тебя семья. К тому же сомневаюсь, что у тебя совсем не было никаких привязок в Лондоне – друзей, девушки, коллег по работе…
Оливер улыбнулся:
– Иногда нужно в одиночестве искать свой путь, чтобы найти счастье и научиться жить с другими. Вообще-то через пару недель кое-кто из моей компании приедет в Суансес.
– Вот как? А они знают, что здесь произошло?
– Нет. Кстати, я приехал раньше времени не только для того, чтобы проверить, как движется ремонт, – надо сказать, даже без трупа работы было завались, – но и чтобы подготовить домик к приезду друзей.
– И только поэтому ты принял решение приехать раньше?
– Да. Мне было все равно, когда приезжать, поскольку учебный год в университете закончился две недели назад. Единственное неудобство было в том, что мне пришлось лететь до Бильбао вместо Сантандера, но дорога оттуда на машине занимает всего на час больше времени.
– То есть ты хочешь сказать, что просто взял и бросил стабильную работу ради авантюры с отельным бизнесом и языковыми курсами, как сообщил сержанту Ривейро во время первого опроса?
– Не такой уж и риск. Я взял годичный отпуск. Если бизнес не пойдет, то оставлю дом для летнего отпуска. Или даже продам. А если получится – может, перееду насовсем. Или вернусь в Лондон и доверю бизнес управляющему. Посмотрим, как сложится.
– И все же это рискованный шаг, который требует больших финансовых вложений.
– У меня есть сбережения, а дом достался по наследству вместе с приличной суммой денег. Мне даже не пришлось брать кредит. – Поймав недоверчивый взгляд Валентины, Оливер сказал: – Если хочешь, могу показать выписку из банка, заверенное заявление на отпуск, дать контакты моих друзей, да что угодно. Я же вам без всяких ордеров предоставил документы о собственности на виллу?
– Да, – согласилась Валентина, – это правда. Но два момента в твоей истории меня удивляют. Первый связан с твоим братом. Ты говорил сержанту Ривейро, что у него, похоже, был посттравматический шок после службы в Ираке. Это так?
– Так нам кажется. До того, как он попал на эту чертову войну, он был нормальным. А вернувшись с войны, он почти не разговаривал, только торчал целыми днями у телевизора или компьютера.
– И у тебя совсем нет идей насчет того, где он может быть?
