Сейчас я был бы рад увидеть сцену насилия. Это был бы еще один способ выпустить гнев, который кипит внутри меня. Но вместо этого Аспен начинает громко смеяться.
– Пошел ты, Уайтшоу, – бормочет Грейсон спустя минуту нашего наблюдения за Аспен, и его объятия вокруг Вайолет становятся крепче. – Нет, я не жалею об этом, – говорит он, и Стил, будто бы испытав облегчение, проводит рукой по лицу. – Потому что это заставило меня понять, что я не смогу вынести, если кто-то другой прикоснется к ней еще раз. Я просто был таким… – он пожимает плечами и встречается с ней взглядом. – Я люблю тебя, Ви.
– Я знаю, – она нежно целует его, но Аспен все еще лежит на полу, смеясь так сильно, что по ее щекам катятся слезы.
– Боже мой, женщина, – бормочет Стил, поднимая ее и снова сажая к себе на колени. – Ты злишься из-за того, что я тебе не сказал?
Аспен поднимает плечи, и ее смех наконец-то стихает.
– Нет. То есть, конечно, я расстроена тем, что ты не рассказал мне об этом, но мне неизвестно, что произошло на самом деле. Я могу лишь догадываться, чего хотел одичавший Грейсон, – она нежно хлопает Стила по щеке. – Ты был лишь пешкой в его игре, дорогой, – говорит она, и все мы понимаем, что Аспен права.
В гостиной воцаряется тишина.
– Давайте продолжим, – говорит Грейсон через некоторое время. Он открывает рот, чтобы сказать что-то еще, но его прерывает громкий шум снаружи.
Я поворачиваюсь, чтобы увидеть, что происходит за окном, и в этот момент раздается визг шин.
Не успеваю я помочь Уиллоу встать на ноги, как Нокс, Грейсон и Стил босиком и с обнаженными торсами выбегают из парадной двери, несмотря на зимний холод.
Моя машина сильно повреждена. Похоже, это был намеренный наезд, поскольку рядом нет второго автомобиля. Мой бампер получил прямое попадание и так сильно деформировался, что теперь машина больше похожа на смятую бумагу и едва ли напоминает автомобиль. Задняя часть также пострадала, столкнувшись с кузовом грузовика Грейсона. Однако, судя по всему, на грузовике установлена какая-то защита, так как он остался невредимым, в то время как моя машина превратилась в сплошную вмятину.
Внезапно рядом со мной возникает Уиллоу и кладет свою руку в мою.
– Вот черт! – восклицаю я, но потом ее хватка ослабевает, и она указывает вниз по улице.
– Это они?
Там стоит огромный грузовик с защитным козырьком. Его фары выключены, но из выхлопной трубы вырывается пар, который ясно виден в холодном ночном воздухе. Едва мы обращаем на него внимание, как внезапно фары включаются, и их яркий свет ослепляет нас. Грузовик с визгом начинает движение задним ходом, а затем проезжает прямо по улице до перекрестка, где сворачивает налево и, идеально вписавшись в поворот, исчезает в ночи.
– Что это было, черт возьми? – спрашивает Грейсон, и я прикусываю внутреннюю сторону щеки.
– Игра окончена, – вздыхая, произношу я. – Давайте немного отдохнем, а утром разберемся со всем этим дерьмом.
Уиллоу безмолвно поднимается за мной по лестнице, а когда мы оказываемся в комнате, машинально начинает снимать с себя оставшуюся одежду. Мне хочется наказать ее за то, что она танцевала приватный танец для моего брата, но я забываю, что на ней не было лифчика и трусиков.
Что бы она могла снять, если бы отказалась выполнять действие?
Я издаю стон, когда она отворачивается от меня и наклоняется, открывая моему взору основание анальной пробки, которая возвышается между ее ягодицами. Быстро развязав шнурки на своих ботинках, Уиллоу снимает их, а затем выпрямляется и смотрит на меня. Мой член становится твердым, как камень, и пульт управления оказывается в моей руке раньше, чем я успеваю осознать происходящее. Я снимаю спортивные штаны, сажусь на край кровати и жестом подзываю ее ближе. Наблюдая за тем, как развеваются ее волосы, когда она подчиняется моему приказу, я осознаю, насколько идеальны ее сиськи. Розовые соски, словно маяки, манят меня, и, прежде чем перекинуть ее через колено, я наклоняюсь и беру один из них в рот.
– О черт! – шепчет она, когда я обхватываю ее бедра и прижимаю к себе. Затем я нежно облизываю ее сосок и начинаю посасывать его, слегка прикусывая зубами. Когда я заканчиваю с одним соском, то перехожу к другому, и Уиллоу выгибает спину, прижимая свою грудь к моему лицу.
Я ласкаю рукой ее вторую грудь, которая стала влажной от моей слюны, и Уиллоу дрожит, прижимаясь ко мне. Затем я, наконец, переворачиваю ее, и Уиллоу оказывается у меня на коленях лицом вниз.
– Держи меня за ногу, – говорю я, когда она вскрикивает от удивления. – Не отпускай.
Я жду, пока она выполнит приказ, а затем нажимаю на кнопку пульта, и Уиллоу ахает. Я касаюсь ее ягодиц, наслаждаясь тем, как она дрожит, после чего, увеличив скорость вибрации, поднимаю руку и шлепаю ее.
– О, – она почти подпрыгивает на моих коленях, – почему это так приятно! – восклицает Уиллоу, и я не могу сдержать улыбку.
