– Кеенни. – попросил я. Но просить не потребовалось – он молча подошел к этим психам, положил руки им на плечи, и учитель с учеником опустились на пол. Под грузом обстоятельств в виде одного арка.
– Как же так… – пробормотал Терн, потрясенно глядя на Кенни.
– Я же говорил! Он разумен! – потирая плечо, но при этом счастливо улыбаясь, выдал Рин.
– Нет! Надо все проверить! – воодушевленно произнес Олли, поднимаясь на ноги, и хищно глядя на Кенни.
– Из комнаты не выходить, этих доставучих не убивать. Обстановку не портить. – приказал я арку, и не обращая внимания на его печальный и поникший вид, пошел в спальню, к Айне.
Айне обнаружилась лежащей на кровати, прижимающей к груди Каспи, и с крайне печальной мордашкой. Подкравшись поближе, и подивившись тому, что она не услышала, как я открывал дверь, я рывком прыгнул на кровать, и девушка, подлетев в воздух от толчка, упала прямо в мои заботливо подставленные руки.
– Хэй! Ты… – яростно сверля меня взглядом, начала девушка, но потом почему‑то умолкла, и попытавшись убить меня взглядом, без словесного сопровождения, но не достигнув в этом успеха, снова начала говорить:
– Я думала ты там, с ними останешься. Опять же что‑то научное затевается! – ядовито сказала она.
– Да ну их! – махнул я рукой сначала в направлении столовой, откуда слышались странные звуки, а потом в произвольно выбранном неопределенном направлении, посылая их в настолько дальнее путешествие, что вернуться из него – подвиг!
– Ну‑ну. – скептически покачала головой Ай, но все же улеглась на меня сверху, пристроив свою голову мне на грудь. Каспи же был заброшен в дальний угол, откуда незаметно для девушки переполз к двери – программа защиты работает без сбоев!
Так мы и лежали, слушая дыхание друг друга. И мне было действительно хорошо в этот момент. Не было нужды в разговорах, или в чем‑то еще – меня наполняло умиротворением и любовью к миру всего лишь дыхание Айне, и ощущение ее хрупкого тела. Особенно забавно было дышать не в такт, и очень глубоко, делая резкие вдохи и выдохи, она так смешно фырчала и сердилась, невольно подлетая вверх и падая вниз! Но после такого как мелкая отомстила – укусив меня за руку, пришлось успокоиться.
Идиллия, к сожалению, длилась недолго – вскоре в дверь постучали, а затем и вовсе беспардонно открыли, не дождавшись ответа. Правда, отвечать ни я ни Ай не собирались, но они то этого не знали! Ну что за наглость, а?! Мы синхронно поднялись с кровати, я и мелкая, и столь же синхронно наши глаза изменили цвет – мои стали черными, ее – темно‑синими, как грозовое небо. Не знаю, что приготовила Айне, но лично у меня плетение Вихрь теней получилось само собой. Отличное плетение, вызывающее несколько Теней из царства Хель, они внушают страх живым разумным, и вынуждают их убегать в панике, преследуя своих жертв! Но этим действие плетения не ограничивается, потому‑что убитые Тенями, сами превращаются в Теней!
– Эй‑эй, мы с миром! – поднял руки Олли, а Рин молча принялся строить щит. Причем только вокруг себя, забыв, или забив на своего учителя.
– А мы – нет! – рявкнула Айне, но чуть подумав, все же рассеяла какое‑то плетение из разряда воздушных. Пришлось и мне последовать ее примеру – хоть и хочется пришибить Рина, но он все же брат Айне. А давать звиздюлей одному Олли, это как‑то… несправедливо, что ли.
– Чего приперлись? – простонал я, успокаивающе гладя по плечу мелкую, взглядом уже раза два‑три убившую и расчленившую своего брата.
– Мы установили, что Кенни разумен. – как великую истину преподнес нам Олли.
– Да ну? – скептически приподняв бровь, "безмерно удивился" я.
– Да. – важно покивал учитель Рина.
– Все? Может теперь пойдете и еще чего‑нибудь установите? – подала голос Айне, закончив расчленять взглядом брата в шестой раз. Или в седьмой.
– Вы не понимаете! Хэйару удалось как‑то обойти постулат Генре! Он совершил то, что считалось до сих пор одним из легендарных умений Неназываемого! – зачастил Олли.
– А что за Неназываемый? – оживился я, услышав что‑то незнакомое. Хотя… где‑то что‑то я о нем слышал.
– Да это даже дети знают! – усмехнулся Рин. Но нарвавшись на острый взгляд Айне, приутих. А вот Олли напротив, чуть погрустнел, будто бы сожалей о дебилизме отдельных представителей современно молодежи магического мира, но повздыхав все же ответил:
– Неназываемый, это маг, смертью которого была создана Пустошь. О нем ходит немало легенд. Говорят, он был сильнейшим магом Смерти в истории Истьина. Говорят, он мог даровать некрам разум, мог убивать одним прикосновением руки любого разумного, игнорируя при этом любые, подчеркиваю, любые способы защиты. О нем мало чего известно правдивого, в основном слухи и легенды.
– О как. И он, насколько я помню, создал Пустошь, уничтожив королевство, в котором правил король, который убил его невесту? – припоминая лекционный материал, поднапряг мозги я.
– Да. Согласно легенде, из‑за смерти своей невесты, маг сошел с ума, и уничтожил сначала столицу, а затем и всю страну, создав Пустошь. – покивал головой Олли.
