– Так что, моя дорогая, сегодня ты от меня никуда не денешься.
Она приподняла брови, и я пихнула ее локтем в бок.
Мне не хотелось, чтобы хоть кто-то узнал о том, что я провела ночь в комнате ее брата, не говоря уже об Эйране.
– И от меня никуда не денешься, – сказал Эйран и улыбнулся.
От этой улыбки у меня внутри все должно было перевернуться, но ничего не произошло.
– Я схожу к себе, чтобы привести себя в порядок, а потом встречаемся у выхода?
– Договорились.
Рен взяла меня за руку и, не оставив мне выбора, повела прочь с тренировочной площадки в нашу комнату.
Она не оставила мне выбора и тогда, когда швырнула в меня одеждой, как только я искупалась.
– Все привыкли видеть тебя в кожаной одежде. Если мы хотим найти тебе мужчину среди повстанцев, нам придется кое-что изменить.
– Меня вообще не интересуют поиски мужчин, – фыркнула я, плюхнулась на кровать и отбросила одежду в сторону.
– Ага, – ответила Рен, сощурившись, и изучающе посмотрела на меня. Губы ее сжались в тонкую линию, но сдержать хитрую улыбку она так и не успела. – Так вот почему этим утром ты вернулась в одежде моего брата.
– Это же из-за тебя! – воскликнула я, ткнув в нее пальцем, и ее улыбка, наконец, исчезла.
– Знаешь, сколько моих соседок по комнате болталось в коридоре, пока я была не одна? – спросила она, приподняв бровь.
– Боги, и знать не хочу!
– Даже слишком много, – усмехнулась она, прижав руку к бедру. – А знаешь, скольким из них Дейкр позволил спать у себя в постели, потому что не хотел, чтобы они оставались мерзнуть в холле?
– Нет, но уверена, ты мне скажешь.
– Ни одной из них.
Она произнесла это так быстро, что я едва успела договорить.
– И, разумеется, в его постели не было ни одной девушки, которая на следующее утро не выглядела бы совершенно разбитой.
Я вздрогнула от охватившей меня ревности. Не сдержалась и вспомнила ту женщину, которая прошлой ночью угостила его вином и смотрела на него так, словно была с ним
– Это же твой брат.
– Уж поверь, я-то знаю.
Она сделала вид, что ее сейчас стошнит, и я закатила глаза.
– Он настоял на том, чтобы нам выделили комнаты по соседству – так он может за мной присматривать. Но это обернулось неприятными последствиями для нас обоих.
Я подняла рубашку, которую она мне протянула, и у меня округлились глаза: я ни разу не видела, чтобы на рубашку ушло так мало ткани. Я тут же отбросила ее в сторону.
– Кажется, ты такая же чокнутая, как и твой брат.
– Может быть, – сказала она, пожав плечами, и указала на меня. – А теперь одевайся. Мы уже опаздываем.
Нахмурившись и ворча, я неохотно надела слишком тесную рубашку. Я изо всех сил пыталась натянуть ее вниз до пояса, но как бы я ни дергала, ткань натягивалась только на грудь, а дальше не тянулась.
– Хватит дергаться! Выглядишь великолепно, – прошептала Рен, когда мы спускались по лестнице.
Эйран повернулся к нам и окинул меня оценивающим взглядом.
– Ну что, идем отсюда?
Он ухмыльнулся и жестом предложил нам пройти вперед.
Рен вела нас через город, а мы с Эйраном шли рядом вслед за ней. Он все так же смотрел на меня с ласковой улыбкой, и я отвечала ему тем же.
Только после того как мы миновали с полдюжины мостов, и парящих фонарей становилось все меньше, я задумалась, куда же мы направляемся.
– Куда вы меня ведете?
Мой голос эхом отразился от стен пещеры. Рен рассмеялась и наклонилась ко мне.
– Не скажу. Нас там быть не должно.
– Звучит многообещающе.
С тяжелым вздохом я взглянула на Эйрана.
Несмотря на то, что мне отчаянно хотелось доверять Рен, она была одной из повстанцев. Никому из них всецело доверять я не могла.
Мы подружились с Рен, но если бы она узнала правду…
По мере того как мы уходили в глубь пещеры, воздух становился холоднее, а свет – тусклее. Я почти ничего не видела. Эйран повел меня вперед: он протянул мне руку, чтобы помочь.
Я старалась не допускать мыслей о том, насколько это ощущение отличается от того, что я почувствовала с Дейкром. Всего лишь от прикосновения его кожи к моей я горела, как в аду. Эйран же обхватил своими пальцами мои, и это было приятно.
С Дейкром ощущения были какими угодно, но не приятными.
Мы свернули за угол, и вдалеке показалось слабое оранжевое свечение. Чем дальше мы шли, тем ярче оно разгоралось, пока наш путь не осветили всполохи огня.
Мы вышли из тени, и я увидела нескольких человек, собравшихся вокруг костра. Их лица озарялись пляшущими языками пламени. На земле рядом с ними валялись бутылки с вином. От стен эхом отражался их смех.
Темнота в этой части пещеры была почти непроницаемой. Единственным источником света было мерцающее пламя костра. Сталактиты выпирали из скалистых стен, словно заостренные зубы.
– Это наше секретное место. – Рен повернулась ко мне лицом и пошла спиной вперед. Улыбка озаряла ее лицо. – Мы привели тебя сюда, и значит, ты никому о нем не расскажешь.
– И кому мне рассказывать? – усмехнулась я, оглядываясь по сторонам.
– Мне.
