Бабушка рассказала немного. Познакомились они с Полиной год назад, в магазине. Тогда у Тамары Марковны не хватило денег на часть продуктов, и Полина, стоявшая позади нее в очереди, доплатила остаток. Потом проводила до дому, донесла пакет. Посмотрела на быт, заглянула в холодильник, ужаснулась. С тех пор два раза в неделю приходила, вымывала дом, приносила продукты, деньги, обеды варила, гулять выводила под руку. Старушка сначала ругалась, пыталась даже не пускать, но Полли просто оставляла продукты у дверей, а на следующий вечер приходила снова. Про себя рассказывала мало, сказала только, где учится, и что увлекается спортом, скалолазанием, и что у нее большая семья, и что мама погибла.
– А так и не знаю я ничего больше, милые, – со вздохом подвела итог старенькая учительница. – Вот, считайте, полтора месяца ее нет уже, соскучилась я. Подружки Полечкины пару раз приходили, да и она немного денег оставила. Вы уж найдите ее, пожалуйста, – и старушка просительно глянула на Игоря, затем на Люджину.
Напарница его вдруг потерла раскрасневшийся нос, дернула головой, вскочила.
– Где у вас тряпки-швабры, бабушка? – бодро спросила она. – Игорь Иванович, вы, если закончили, идите, а я тут приберусь пока. Ладно?
– Ладно, – криво усмехнулся агент Стрелковский. – Ладно.
Он вернулся через полчаса, груженный продуктами, сам все разложил по полкам. Хмыкнул, глядя на натирающую полы со всем солдатским рвением Люджину – немного удивленная и притихшая бабушка одолжила ей халатик и непрерывно ахала и складывала руки на груди. Постоял немного и ушел, пообещав заглядывать не реже, чем Полина. И, конечно, найти ее. Чтобы попить чайку вместе.
Когда он уходил, старая учительница тихо благословила его, и Игорь поспешил откланяться, чувствуя, как предательски защипало в глазах.
Люк Кембритч
– Кембритч, зачем тебе двое часов? Деньги некуда девать?
– Да вот, – лениво и пьяно отозвался Люк, лежа на диване в баре «Эмираты» и разглядывая свое запястье, – никак не могу определиться. Что лучше – золото с изумрудами или платина с бриллиантами?
Крис хихикнула, подползла к нему, улеглась на бедро, рассматривая драгоценную покупку. Они не только пили сегодня, но и курили какую-то дрянь из кальяна, которая его совершенно не вставила. Приходилось мрачно наблюдать за ржущими золотыми сынками и дочками и пытаться соответствовать.
– А ты сними, закрой глаза и ткни пальцем, – радостно предложил брат Крис, – вот это будет выбор!
– А вторые куда девать? – брезгливо спросил Люк, расстегивая ремешки.
– А вторые мне, – тут же нашелся Валенский.
– Да легко, – пожал плечами Кембритч. Все равно не он за них платит.
Ткнул пальцем, выпали золотые, вторые он запустил по столу в сторону Бориса Валенского. Отлично, теперь вся компания оснащена маячками-следилками, можно будет отслеживать перемещения подозреваемых без опасности, что агентов застукают. Жаль, слушать разговоры не получится, но для передатчика нужно что-то побольше часов.
Все равно телефоны уже прослушиваются, по домам выставлены диктофоны, но пока ничего конкретного. Ничего.
Люк чувствовал, что бессмысленно тратит время, и жутко раздражался из-за этого.
– Кембритч, а что же ты о работе своей не рассказываешь? – со смешком поинтересовался Иван Лапицкий, наследник судоходных компаний, чей день рождения они праздновали на прошлой неделе в «Люстре».
Там, где он встретил Марину.
Там, где она целовала другого.
– А что рассказывать? – откликнулся Люк, опрокидывая стакан коньяка. Который за вечер? Он не считал. – Сами знаете, что в этих кабинетах происходит. Старикашки, надувающиеся от важности, совещания – скука смертная. Королева глупа как пробка, постоянно переспрашивает всё. «Лорд Маслов, а что означают эти ваши графики?» – передразнил он тонким голосом, и компания легла от хохота. Хотя вряд ли хоть кто-то из них смог бы прочитать даже простейший график.
– Бедняжка Кембритч, – серьезно сказал Май Рогов, сверкая отлично сделанными в папочкиной клинике зубами, – как тебе трудно!
– Не то слово, – поморщился Люк, делая затяжку из кальяна. Хорошо, что у них отдельный зал, и окружающие не слышат крамольных разговоров. – Управлять страной должен человек, который умеет складывать два и два. Сестрица королевы хоть поумнее была.
– Не повезло тебе, – хохотнул Форбжек.
– Да ты что? – изумился Кембритч. – Да я этого ящера под хвост готов расцеловать. – Компания опять заржала. – Вы ее видели? Никто не сравнится с моей Крис, да, детка? – Она потерлась о него, призывно заглянула в глаза. – Нет, поначалу я расстроился, конечно, да и папаня весь мозг высосал. Но теперь я гуляю, и мне хо-ро-шо!
Кто-то открыл шампанское, гулко выстрелила пробка, пена забрызгала всех сидящих, они визжали, ругались, ржали. Свинарник как он есть.
Чуть позже Люк вышел в туалет, умылся, посмотрел на себя в зеркало. Прошел в комнату для курения – и остановился возле входа, услышав голоса.
– По-моему, он готов, – тихо говорил, кажется, Лапицкий. – Одним махом, а?
