Я все еще тяжело дышу, когда он кладет руку мне на затылок и притягивает к себе, чтобы впиться в мои губы. Я ощущаю на нем свой вкус, горьковато-сладкий. Другая его рука ложится мне на поясницу, удерживая мое тело на месте, когда он прижимает свой член к моему входу.
Он отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Я так люблю тебя, – шепчет Сергей, постепенно входя в меня. Я так сильно хочу сказать ему то же самое, что это разрывает меня на части изнутри. Вместо этого я лишь сжимаю губы и хватаюсь за его плечи, не сводя с него глаз. Издаю стон, когда он погружается в меня еще глубже, и утыкаюсь лицом в изгиб его шеи. Горячее дыхание обжигает кожу моего плеча, и я наслаждаюсь ощущением того, как он погружается в меня снова и снова. Этого почти хватает для того, чтобы я забыла о завтрашнем дне. Мы кончаем вместе, тяжело дыша и постанывая.
– Диван, спальня или душ? – спрашивает меня Сергей, отдышавшись.
– Душ, – бормочу я и крепко обхватываю его ногами за талию. Я ни за что не выпущу его от себя ни на секунду дольше, чем это необходимо.
– Хорошо, – хихикает он и несет меня вверх по лестнице в свою ванную.
– Сегодня я позаимствую твой гель для душа, – говорю я, когда он ставит меня под струи воды.
– Я думал, что тебе нравятся сладкие ароматы.
Я лишь пожимаю плечами, беру темно-синий флакон с полки, выдавливаю немного на ладонь и начинаю намыливать свое тело.
Сергей заходит в душевую кабинку, кладет палец мне на подбородок и приподнимает мою голову.
– Что не так?
Вода в душе течет, поднимая рядом со мной брызги, когда я смотрю в его светлые глаза.
– Ничего. А что?
Боже, даже смотреть на него больно, потому что я знаю, что завтра его покину.
– Ты ни черта не умеешь врать, Ангелина. – Сергей делает шаг вперед и наклоняется, так что мы оказываемся лицом к лицу. – Что происходит?
– Я понятия не имею, о чем ты говоришь.
Сергей кладет ладони на плитку по обе стороны от моей головы и смотрит на меня, сжав губы в тонкую линию.
Я делаю глубокий вдох.
– Мы собираемся заканчивать с душем, или ты планируешь и дальше нависать надо мной как горгулья?
– Ты не можешь лгать мне. Никогда, – говорит он. – Если ты не хочешь о чем-то говорить, это нормально. Если тебе нужно побыть одной, это тоже нормально. Я знаю, что со мной бывает трудно. Но ты не будешь мне врать. Договорились?
Я опускаю глаза и киваю.
– Я не хочу об этом говорить.
– Хорошо. Тебя оставить одну?
– Нет, – качаю я головой.
– Если хочешь, я посплю сегодня в другой комнате.
Я не двигаюсь. Нет. Это наша последняя ночь вместе, и будь я проклята, если позволю ему спать не в моих объятиях. Положив ладонь ему на грудь, я медленно провожу ею вниз, пока не добираюсь до члена и не обхватываю его рукой.
– Ты точно не будешь спать в другой комнате, – говорю я и сжимаю уже затвердевший член.
Сергей глубоко вдыхает, обнимая меня за талию и прижимая к своему телу.
– Этот разговор не окончен, Ангелина.
– Мы можем продолжить его завтра. – Я запечатлеваю поцелуй на его груди. – Ты обещал мне секс-тур по своему дому. Я ожидаю, что ты его проведешь. Или для тебя это слишком? – Я поднимаю взгляд, выгибая бровь.
С его губ срывается рык, прежде чем он наклоняется и перекидывает меня через плечо.
– Наша следующая остановка – кухонная стойка, – говорит он и похлопывает меня ладонью по голой заднице.
– У тебя есть планы на завтра? – спрашиваю я, скользя руками по спине Сергея.
Он лежит на животе поперек кровати, а я сижу у него на пояснице. Пятнадцать минут мне потребовалось, чтобы убедить Сергея позволить сделать ему массаж с одним из моих масел с ароматом розы.
– У меня встреча около полудня, – бормочет он в подушку. – Потом мы можем прокатиться.
– Ага, – выдавливаю из себя я, затем наклоняюсь вперед и целую его между лопаток. – Будет здорово прокатиться, детка.
С каждой минутой мне становится все труднее притворяться. Это как смотреть на песочные часы, в верхнем сосуде которых осталось совсем немного песка, и песчинки падают все быстрее и быстрее. Я кладу ладони Сергею на плечи, затем провожу ими по его рукам, тем самым рукам, которые вытащили меня, полумертвую, из грузовика и спасли мне жизнь. Закончив с его руками, я возвращаюсь к его спине, мои поглаживания становятся все легче, больше похожими на ласку, чем на массаж, пока я не чувствую, что его тело расслабилось, а дыхание стало глубже. У Сергея чуткий сон, поэтому я вожусь еще минут пять, прежде чем осторожно слезть с кровати. Я беру с тумбочки свой телефон, отправляю рыжеволосой сучке сообщение, что буду готова завтра в полдень, и направляюсь в ванную.
