– Это неправда, и ты знаешь это. – Она подается вперед, прижимаясь своими губами к моим, затем отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. – Я бы скучала по тебе.
Мое тело каменеет.
– Почему?
– Потому что я люблю тебя, – шепчет Ангелина и снова целует меня.
Когда она отстраняется, я вглядываюсь в ее лицо.
– Я думал, ты меня боишься. Ты так написала в записке, которую оставила.
– Я никогда не боялась тебя, Сергей. Чего я боялась, так это того, что ты можешь прийти за мной и в итоге погибнуть. Прости, что причинила тебе боль, малыш.
– Так… ты возвращаешься? Со мной?
– Если ты не имеешь ничего против такого плана, то да.
Я смотрю ей в глаза и прижимаю ее к себе.
– Выходи за меня замуж, – выпаливаю я.
Ангелина моргает, оглядывается по сторонам, где разбросано по меньшей мере двадцать тел, затем снова смотрит на меня.
– А ты знаешь, как выбрать время и место, здоровяк.
– Ты выйдешь за меня замуж?
Мне кажется, мое сердце перестает биться, пока я смотрю на нее, не отрывая взгляда от ее губ, ожидая ответа.
– Конечно выйду. – Она улыбается и целует меня.
Внезапно со стороны подъездной дорожки раздается громкий гудок, и Ангелина напрягается в моих объятиях. Скрипя зубами, я смотрю на машину, в которой Феликс продолжает нажимать на гудок.
– Я убью его, – выдавливаю я из себя. Этот зануда только что испортил мое предложение руки и сердца.
– Вы, два влюбленных идиота, придете сюда уже, чтобы мы могли уехать? – кричит Феликс, высовывая голову из окна.
– Ты труп, Альберт! – Говорю я, неся Ангелину к машине.
– Мы все трупы, если не уберемся отсюда прямо сейчас! Я уверен, что сюда едет половина мексиканской полиции и пожарных. Вместе с командой сейсмологов, потому что ты решил перевернуть весь гребаный континент своими взрывами!
– Просто заткнись на хрен и веди машину.
Я открываю заднюю дверь и свистом подзываю Мими, чтобы она села внутрь, затем сажусь сзади, все еще держа Ангелину на руках. В тот момент, когда Феликс заводит машину, я вжимаюсь лицом в ее волосы и вдыхаю аромат.
– Я думал, что сойду с ума, когда ты ушла, – бормочу я ей на ухо.
– Мне так жаль. Обещаю, что все исправлю, как только мы вернемся домой.
– Да, насчет этого… Мы остановимся в отеле на неделю или две, – говорю я и легонько кусаю ее за шею.
– В отеле?
– В доме ремонт.
– О? Почему?
– Сергей разгромил все, что не было прибито к стене, когда ты ушла, вот почему, – бросает Феликс через плечо.
– Может, ты уже заткнешься? – огрызаюсь я. – Она может передумать и сбежать, если ты будешь продолжать болтать о том, какой я ненормальный.
Ангелина кладет руку на мою щеку и поворачивает голову к себе.
– Что я тебе говорила? Ты прекратишь говорить подобное. Хорошо? – Она наклоняется и целует меня. – С тобой все в порядке, малыш.
Я прижимаю ее к себе, снова зарываюсь носом в ее волосы и впервые за много лет чувствую, что, возможно, со мной все в порядке.
– Эй, как насчет того, чтобы заказать жалюзи на окна внизу? – спрашиваю я, входя в спальню. – Мы еще могли бы…
Одетый только в спортивные штаны, Сергей сидит на кровати и смотрит в стену перед собой, его тело неподвижно, а глаза пусты. Черт. Он ни разу не отключался с тех пор, как мы вернулись из Мексики. Я кладу стопку чистых полотенец, которые держу в руках, и медленно подхожу к кровати.
– Эй, малыш. – Я встаю у него между ног и обвиваю руками его шею. – Я тут подумала, может, мы могли бы покрасить гостиную в розовый цвет. Такой девчачий, пастельный оттенок, понял?
Он не двигает ни единым мускулом. Наклонившись, я прижимаюсь губами к его губам и прокладываю дорожку поцелуев от его рта вверх по щеке ко лбу, затем спускаюсь по носу, пока снова не достигаю его рта. На этот раз его губы слегка шевелятся, отвечая на мой поцелуй.
– Феликс и Нана Гваделупе повели Мими на прогулку, – бормочу я, прижимая ладони к его груди и слегка надавливая на нее, пока Сергей не ложится на кровать. – Мне кажется, между этими двумя что-то есть. Они проводят много времени вместе. Как ты думаешь, Феликс изменяет Марлен с моей наной?
– Они с Марлен расстались в прошлые выходные, – говорит Сергей и кладет руку мне на бедро. Он все еще не в себе, но постепенно возвращается.
– Нам нужно провести это время наедине. Что думаешь? – Я обхватываю его за талию и наклоняюсь, чтобы поцеловать в грудь. – Если хочешь, я могу позже сделать массаж со своими маслами.
– Нет, спасибо.
Я опускаю взгляд и вижу, что он смотрит на меня снизу вверх, но его взгляд все еще расфокусирован. Черт, это сильный приступ. Потянув за пояс его спортивных штанов, я снимаю их вместе с боксерами, опускаясь перед ним на колени, затем беру его твердеющий член в руку, наклоняюсь и посасываю кончик. Он дергается, затем твердеет в моей руке, и я не могу сдержать улыбку. Даже отключившись, Сергей все равно реагирует на меня. Я провожу языком по основанию, беру его в рот и посасываю.
Я проделываю те же движения еще несколько раз, прежде чем снова вернуться к его телу и прижаться носом к его носу, когда замечаю, что он еще не полностью вернулся ко мне.
