Асины глаза потемнели, и Еремин понял: именно сейчас девушка готова на все, чтобы помочь ему. Но у него в запасе было еще одно средство, неотразимо действующее на такие чувствительные натуры, как Ася. Мужские слезы. И Еремин воспользовался им.
– А вы верите словам Тимура Михайловича? – спросил Кристину Лебедев, когда они остались в офисе одни. – Ну, насчет того, что Иван Станиславович вернется?
– Я уже привыкла, что он никогда не ошибается, – уклонилась от прямого ответа Кристина.
– Ага! – Федор глубокомысленно почесал в затылке. Немного подумал и спросил: – И что мы теперь будем делать?
– Сначала соберем как можно больше информации. Посмотрим, что пришлет Руслан, что раздобудет Тимур. А потом будем делать какие-то первоначальные выводы.
– Может, тогда, для разминки, пожуем, – Лебедев кивнул в сторону принесенной Лариным коробки со свадебными закусками.
Есть Кристине не хотелось, но глаза Федора были такими голодными, что просто вынуждали ее согласиться.
– Давай, – сказала она. – Ты посмотри, что можно съесть, а я налью кофе. Идет?
– Конечно. – Он радостно бросился к коробке, а Кристина включила кофемашину. Аппарат закашлялся, но не настолько громко, чтобы заглушить приветственный звон колокольчика.
– Извините, у вас обед? – осведомился посетитель.
Отчего-то мужчина Кристине сразу не понравился. Бывает же такое – вроде вполне нормальная, не отталкивающая внешность, прилично одет, дорогие – у Кристины на это взгляд наметанный – туфли. А душа не лежит, и все тут.
– Да, обед, – сказала она резко.
– Нет, – одновременно с ней выпалил Федор, машинально закрывая коробку. Вдруг незваный гость изъявит желание присоединиться?
– Так да или нет? – с миролюбивой улыбкой уточнил визитер. – Впрочем, надолго я вас не задержу. Моя фамилия Пасечник. Пасечник Станислав Иванович, директор «Торгового дома Ильиных».
– И? – спросила Кристина, прошла к своему столу и жестом предложила гостю присесть.
– И моя начальница, Елена Сергеевна… Она вчера у вас была. Еще папку с документами оставила.
Да?
Кристина не собиралась отвечать, молча уставившись Пасечнику в точку на переносице.
– Она уполномочила меня забрать у вас эту папку, – выпалил Станислав Иванович, заметно нервничая под Кристининым взглядом.
– Даже не представляю, чем я могу вам помочь. Дело в том, что
– Простите, мне, наверное, нужно было показать свои документы, – с этими словами Пасечник вынул из кармана пиджака паспорт и сложенный вчетверо бланк нотариальной доверенности. – Вот, посмотрите.
Он развернул доверенность, разгладил ее руками и принялся, тыкая пальцем в нужные строки, зачитывать свои полномочия.
Кристина поморщилась.
– Я не понимаю, о чем вы говорите. У нас сегодня выходной день. Обед. Приходите в понедельник, в рабочее время. А сейчас – извините, я попрошу вас покинуть помещение.
– Но …
– Почтеннейший! У вас проблемы со слухом, – встрял в разговор Федор, и, к ужасу Кристины, вытащил из стола пистолет. Самый настоящий. – До свиданья.
И он указал стволом на дверь.
Пасечник пробормотал какие-то ругательства, встал и попятился задом к двери, не сводя глаз с пистолетного дула.
– Федор, – возмущенно сдвинула брови Кристина, убедившись, что гость исчез, – что за шуточки?
– А что? – Лебедев подскочил к двери и закрыл ее на внутренний замок. – Иначе бы он никогда не ушел. А так – раз, и готово.
– Готово… – повторила Кристина. – Где ты взял оружие?
– В интернете, ясное дело.
– Настоящий? – Кристина подошла к Федору, взяла пистолет в руки.
– Ясен пень! Не детская игрушка!
– Давай так. Чтобы я больше его не видела. Во всяком случае, при посетителях. Хорошо?
– Что там с кофе? – Весь вид Федора выражал несогласие.
Свадебное угощение не доставило Кристине никакого удовольствия. Нет, все было вкусно и изысканно, но здесь, в офисе, да еще и в свете произошедших событий, красота закусок и десертов казалась неуместной и вместо восхищения раздражала. Нельзя забыть о случившемся и как ни в чем не бывало есть блюда, предназначенные совсем для другого события.
Кристина убирала невостребованную еду в холодильник, когда одновременный сигнал ее и лебедевского телефона сообщил о пришедшем на электронную почту сообщении. Не сговариваясь, оба ринулись каждый к своему столу. Письмо было от Ларина. Как и обещал, тот прислал заархивированные материалы, собранные его коллегой-журналистом для статьи про Альбину Еремину и ее картины.
Первое, что увидела Кристина, – фотографии с места аварии. Жуткие, не смягченные ретушью. В газете такое не напечатают. Альбина Еремина, хотя тогда она была еще Альбиной Лисицыной, в окровавленном свитере. Вдребезги разбитый автомобиль, даже не разобрать какой марки. Два тела, накрытых с головой. Алексей Еремин – еще одна жертва аварии. По результатам следствия он признан невиновным, но в момент, когда делалось фото, он еще об этом не знает и выглядит, мягко говоря, потерянным.
Еще одно фото – уже в больнице. Альбина на кровати, рядом, в углу, стоит Еремин.
