Переключив режим фонаря на прожекторный Гарри посветил с балкона вниз. На глубине приблизительно десяти футов находился большой круглый зал, весь заставленный какими-то приборами и непонятными механизмами, а также столами и рамками экранов. А посредине возвышалась колонна, фута три в обхвате, которая имела закругленную вершину, как будто гигантскую колбу поставили, перевернув, на горлышко. Верх колбы был выше уровня балкона, на котором они стояли, и не доходил до общего купола примерно футов пять. И эта колонна была привычного зеркального вида, но зеркало ее поверхности как будто было мутноватым, как и наружный вид всего здания. Это не мешало колонне отражать все происходящее вокруг, как в кривом зеркале, искажая и делая неузнаваемым.
Дьюк заметно нервничал и не отходил от Эвы.
- Давай обойдем по балкону, может быть здесь где-то имеются гостевые помещения? – предложил Гарри.
Действительно, они прошли по кругу вдоль ограды балкона с сотню футов и увидели встроенный куб с матовыми стенами, за которым угадывалось что-то похожее на жилую комнату. Проход по балкону здесь был шириной с фут. Так же обнаружился и привычного вида дверной проем, затянутый голо-завесой.
Гарри уже решил было первым войти внутрь, но его внимание привлекала вертикальная разноцветная полоса внизу, у основания центральной колонны. В неосвещенном пространстве ее стало хорошо видно, когда путники прошли четверть круга.
- Подожди здесь, - кивнул он Эве, а сам продолжил движение по периметру балкона.
Пройдя еще футов сто, Гарри увидел, что внизу колонны светится арка входа, скорее портала.
«Вот это да! Что бы это значило??», - подумал Кроу, когда разобрал световое изображение, скорее картину, закрывающую вход в телепорт. Он был сильно озадачен и решил, что сперва ему надо все обдумать, может быть поспрашивать кого-нибудь, прежде чем показывать свою находку Эве. И неплохо было бы подойти поближе и рассмотреть изображение подробнее. Может быть с большого расстояния он и ошибся.
Решив отложить разгадывание загадок до утра, а лучше – до более удобного случая, он вернулся к ожидающей его девушке и собаке.
- Что ты там увидел? – с любопытством спросила Эва, которая тоже хотела бы пойти посмотреть, но ее проводник велел ей ждать, и она повиновалась.
- Потом расскажу, малышка. Сейчас это займет много времени. Давайте уже попробуем устроится на ночлег! – с этими словами Гарри прошел через голо-завесу двери в матовый куб.
Эва последовала за ним, Дьюк тоже вошел совершенно спокойно, видимо, слабенькие защитные поля его не тревожили.
В комнате оказалось два мягких нешироких диванчика и столик между ними. Вся мебель была привычных, округлых форм. В углу находился, вероятно, синтезатор пиши и напитков, но он не работал. Воздух, на удивление, в этом замкнутом пространстве был свежим, впрочем, как и подо всем куполом.
- Мистер Кроу, покажите мне, как включать фонарик на перчатке комбинезона. А то вы ушли, а мы с Дьюком остались в темноте! – попросила Эва.
- Извини, малышка, я думал ты догадалась, как это делается, - Гарри взял девушку за руку и показал ей, как включать фонарь и менять режимы. Потом озадаченно посмотрел ей в глаза:
– А почему вдруг так официально? Вроде мы давно перешли на «ты»?
- Не знаю. Мне как-то тревожно. Может просто я разволновалась. Это место такое… У меня здесь особое чувство, что оно связано с чем-то очень важным. Но я не могу этого объяснить, - медленно и неуверенно ответила Эва. – Я не хотела тебя обидеть.
- Тогда давай спать. Я уже с ног валюсь, если честно! Одна проблема: здесь два маленьких диванчика. На одном мы не уместимся, - с сожалением сказал Гарри.
- Мне понравилось спать с тобой… Но до этого я всю жизнь спала одна. Так что, я-то потерплю, - с озорной улыбкой ответила Эва, сняла бэкпэк и улеглась на ближайший диванчик, завернувшись в плащ.
Гарри, который совсем не так планировал провести эту ночь, разочарованно вздохнул. Но ему ничего не оставалось делать, как последовать ее примеру и уместиться на другом диване. Дьюк тоже повздыхал, покрутился на одном месте, отодвигая столик, и шумно улегся, бросив себя на пол, как мешок с костями.
Гарри выключил свой фонарь на рукавице, и комната погрузилась во мрак. В темноте было тихо и спокойно. Только слышалось сопение собаки. Под эти умиротворяющие звуки мужчина и женщина быстро заснули. «Она даже не поцеловала меня на ночь!» - было последней мыслю Гарри, который вдруг почувствовал себя обиженным мальчиком и сам себе усмехнулся.
