– Сяо Гао! – в гневе прокричал Вэй Яо. – Доложи о ситуации!
Гао Паньцин из оперативной группы прятался за спиной Ма Сяна, притворяясь, что его здесь нет и никогда не было, но, когда прозвучало его имя, ему пришлось встать.
– Эм… Наши ребята вместе с криминалистами повторно обыскали дом Ху Вэйшэна. На оборудовании для изготовления наркотиков, изъятом майором Янем, обнаружено множество отпечатков пальцев. В данный момент выясняем, кому они принадлежат… В связи с этим мы ещё раз допросили Ху Вэйшэна, но он продолжает утверждать, что продавал только поддельные препараты, а о торговле наркотиками или об их изготовлении знать не знает. Пока на его признание рассчитывать не приходится…
– Он сделал кое-какие выводы после того дела о попытке изнасилования в Гунчжоу. – Янь Се нахмурился. – Пока ему светит лет двадцать, а вот изготовление и продажа наркотиков – это расстрел.
Вэй Яо едва не лопнул от злости, когда снова услышал о давно закрытом деле:
– Заткнись!
Майор в ответ лишь равнодушно пожал плечами, а начальник повернулся к Гао Паньцину:
– На кой нам его признание, если у нас есть отпечатки пальцев?!
Гао Паньцину было неловко высказываться сразу после того, как Вэй Яо наорал на его непосредственного начальника. Он собрался с духом и промямлил:
– П-п-просто отпечатки Ху Вэйшэна не являются неопровержимым доказательством его причастности…
Замначальника Вэй глубоко вздохнул, пытаясь вернуть подскочившее до ста восьмидесяти давление к норме, и стиснув зубы процедил:
– Это почему же?!
Гао Паньцин, казалось, был готов расплакаться.
– Мы обнаружили отпечатки подозреваемого на дне реакционной ёмкости, в средней и нижней частях фильтра и с обеих сторон центрифуги… Но на ключевых инструментах, используемых при изготовлении наркотиков: вентиляционном клапане, крышках сосудов, соединениях шлангов – его отпечатков нет.
Замначальника Вэй повернулся на внезапный звук: Янь Се вынул из мягкой пачки «Чжунхуа»[37] сигарету. Но не прикурил, а стал разминать её пальцами, размышляя вслух:
– Другими словами, Ху Вэйшэн никогда не пользовался этим оборудованием по назначению. Он отвечал лишь за хранение. А настоящим «технологом» был кто-то другой.
Перед глазами майора возникла недавняя сцена: силуэт, исчезающий в дверном проёме, ведущем на лестничную клетку. Майор помотал головой и заставил себя пока забыть об этом.
– Ты… – Вэй Яо собирался снова осыпать бранью Янь Се, но не нашёл подходящих слов. Тогда он вырвал из его рук сигарету: – Не куришь – отдай мне! Что за расточительство!
Хань Сяомэй шёпотом спросила у Хуан Сина:
– Хуан-гэ, заместитель Янь у начальника Вэя научился ругаться и кричать по любому поводу?
– Тсс… В уголовном розыске все такие. Начальник Вэй только к сорока годам жену нашёл… – тихо ответит тот.
– Вышестоящее руководство заинтересовано в скорейшем раскрытии дела «пятьсот два». Из провинциального ведомства уже дважды звонили. – Вэй Яо окинул взглядом присутствующих в зале и суровым тоном добавил: – Теперь, когда добавились наркотики, самодельное оружие и нападение на полицейского, мы не можем сидеть сложа руки и ждать указаний. Нужно в кратчайшие сроки добыть улики, пока преступники их не уничтожили! Янь Се!
Майор достал третью сигарету и сразу закурил:
– Да-да, как скажете.
Замначальника Вэй взглянул на подчинённого – сидит в расслабленной позе, нога закинута на ногу, пальцы одной руки забинтованы, в другой дымится сигарета – и вспомнил, как в своё время притащил его в наручниках в полицейский участок. Он сам, по собственной глупости, пригласил этого змеёныша в ряды сотрудников общественной безопасности и нацепил на него погоны, а совсем скоро этого наглеца повысят до начальника отдела… От одной мысли об этом давление Вэй Яо вновь подскочило до ста восьмидесяти.
– Если не раскроешь дело в течение семидесяти двух часов, можешь забыть о повышении, – пригрозил он. – Снимешь форму и пойдёшь в шахту семейный бизнес развивать!
Янь Се наконец не выдержал:
– Да что с вами сегодня такое? Вам моя форма покоя не даёт?
Едва майор договорил, как пепельница, запущенная Вэй Яо, просвистела возле его головы.
– Всё, всё, ладно. Раскрыть так раскрыть… – Янь Се выбрался из-под стола и ударил себя кулаком в грудь: – Будет сделано! Лао Гао!
Гао Паньцин бросил на коллегу умоляющий взгляд.
– Как долго допрашивали Ху Вэйшэна? – спросил майор.
– Больше восьми часов. За ночь три группы сменилось. Этот подонок Ху не глуп и понимает, что, если проболтается, его ждёт смертная казнь, и потому продолжает отпираться. Твердит, будто всё оборудование подобрал на свалке и собирался продать. А ключевую улику – тот пакетик с наркотиками – увели из-под носа…
Янь Се взмахнул рукой, а затем поднял указательный палец, обращаясь к Вэй Яо:
– Дайте мне час. Если я не добьюсь от этого гада признания, возьму вашу фамилию.
Начальник опешил и спохватился, только когда Янь Се с гордо поднятой головой вышел из зала.
– Не хватало мне ещё в семье такого паршивца! – сердито крикнул Вэй Яо майору вслед.
