– В мире не существует идеальной лжи, только недостаточно дотошные следователи. – Капитан шёл по коридору, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих. – Учитывая размер гематомы на виске Дяо Юна, его должны были ударить довольно большим фонариком. Но Чу Цы пришёл за реактивами, ему нужны были стеклянные ёмкости. Как бы он удержал всё в руках? Кроме того, никто не может, проведя несколько часов без сознания, так буйно сопротивляться. Значит, глубина раны на самом деле незначительная, а её края специально расширены. Думаю, судмедэксперт пришёл к такому же выводу.
В тот момент, когда полицейские вывели из палаты закованного в наручники Дяо Юна, двери лифта закрылись, и кабина поползла вниз.
– Я только что слышал аплодисменты, – сказал майор и, сделав небольшую паузу, с улыбкой добавил: – Они адресованы тебе.
Но капитан равнодушно пожал плечами:
– И что?
– Ну… Когда кто-нибудь снова станет кричать, что полиция хватает кого ни попадя…
– Через четверть часа они уже всё забудут. Поехали в управление, у нас много работы.
– Ага, – тихо вздохнул Янь Се.
Лифт остановился на первом этаже, и майор с капитаном плечом к плечу двинулись к выходу.
«Подержанная „Тойота-Камри“ красного цвета с заляпанными грязью номерами отъехала от южных ворот химзавода в три ноль шесть ночи и направилась на юго-восток по Третьему кольцу. Пятнадцать минут спустя автомобиль свернул на провинциальную трассу номер шестьсот тридцать пять, и там мы потеряли его из виду. Похитители – преступная группировка, подозреваемая в подпольном производстве наркотиков, – удерживают в заложниках как минимум одного человека. На данный момент они не выдвигали никаких требований. Имя похищенного – Чу Цы, двадцать один год, студент магистратуры химического факультета университета Пекина, в Цзяньнин приехал на стажировку. Весьма вероятно, что у него есть какая-то информация по делу „пятьсот два“. Кроме того, его знания и профессиональные навыки можно использовать для изготовления наркотиков. Возможно, именно с этой целью его и похитили. Для розыска подозреваемых необходимо привлечь дорожные службы, районные подразделения и подведомственные участки. Также нужно проверить все камеры видеонаблюдения по маршруту следования автомобиля. Мы должны сделать всё, что в наших силах, чтобы спасти похищенного!»
Янь Се широким шагом пересёк общий зал, влетел в свой кабинет и захлопнул дверь. В нос ударил запах «Кан шифу»[46] с говядиной.
– Янь-гэ, вот… – Ма Сян с набитым ртом указал палочками для еды на стол перед собой. – Последние две порции лапши с говядиной по-маньчжурски. Восемнадцать юаней за штуку, между прочим. Специально для вас двоих заварил.
Майор опустил взгляд: от придавленных папками стаканов поднимался пар. Цзян Тин в медицинской маске сидел за столом и, не обращая ни на кого внимания, изучал отчёт судмедэкспертов. Янь Се тихо вздохнул, взял лапшу и мигом умял половину порции.
– Я заказал тебе унадон, курьер уже в пути, скоро будет на месте, – обратился к Цзян Тину майор.
– Что?! – подскочил было Ма Сян, но Гао Паньцин с Хань Сяомэй быстро усадили его обратно. – Почему это нам «Кан шифу», а ему унадон? Это просто ни в какие ворота! Помнится, Янь-гэ, раньше ты говорил нам, что все люди равны…
– Дяо Юн, мужчина, сорок семь лет, рост метр восемьдесят четыре. Получил колото-резаное ранение ножом в область корпуса справа. Внутренние органы не задеты. Удар был нанесён сверху вниз. – Цзян Тин перевернул страницу, сопоставил фотографию раны со схемой нанесения удара и продолжил читать: – Нападавший правша, рост около ста шестидесяти сантиметров… – Он на мгновение задумался и заключил: – Это женщина.
– Гоу Ли пришёл к такому же выводу, – прочавкал Янь Се с полным ртом лапши. – И сообщницей Ху Вэйшэна была женщина.
За окном было темно, стрелка настенных часов указывала на одиннадцать. Цзян Тин с усталым видом откинулся на спинку стула и глубоко вдохнул:
– Давайте начнём с самого начала.
Ма Сян сделал последний глоток бульона и, прикрыв лицо папкой, шёпотом спросил Хань Сяомэй:
– Когда он успел стать личным консультантом майора? Он же проходил свидетелем по делу «пятьсот два»… Я пару дней помотался на выезды с оперативной группой, а у вас уже всё поменялось?
Девушка вздохнула и пожала плечами.
Тем временем Цзян Тин пытался собрать воедино всю имеющуюся у них информацию:
– Пятого мая, узнав о смерти Фэн Юйгуана, Чу Цы вернулся в лабораторию и занялся исследованием хранящихся на заводе контролируемых веществ, участвующих в синтезе метамфетамина и других амфетаминов. Прошлой ночью с пока не известной нам целью Чу Цы, отключив системы электроснабжения и видеонаблюдения, проник на склад.
– Может, у него возникли какие-то подозрения насчёт растворов, и он решил лично замерить объём? – предположил Янь Се.
– Дело не в объёме, а в плотности…
Майор с недоумением уставился на Цзян Тина.
Ма Сян открыл вторую упаковку лапши и, понизив голос, спросил:
– Как думаете, Янь-гэ действительно не догадывался или только изобразил удивление?
– Жуй свою лапшу! – нервно воскликнул Гао Паньцин.
