Тонкие огрубевшие от тяжёлой работы пальцы Даниэля скользили по веревкам развязывая узлы. "Пленник" продолжал быть неподвижным, оценивая обстановку и возможность побега. Вынужденно ему пришлось сесть напротив.
— Так ты откуда? И что тут "забыл"? — с нажимом спросил Даниэль.
— Я пришел от Нижних ворот Полиса, там на меня напали, возможно хотели ограбить, и ранили, я в первые здесь и просто скрывался.
Дан наблюдал, раздумывая не врёт ли блондин, и продолжил, выдержав паузу:
— Ты спросил едут ли, за тобой… Почему тебя ищут? Быстрее и по делу, мне уже нужно идти.
— Меня зовут Ашер, я мальформ, — выдохнул он с вызовом в лицо сидящего напротив, сам не ожидая от себя такой честности, возникшей от стресса или тревоги.
Даниэлю не удалось скрыть беспокойство граничащее с опасением (но нет не страхом), он начал ходить из угла в угол оценивая ситуацию. Он мало знал о мальформах. Ему было известно кое-что, из скудного церковного образования Обители и только официальные версии и сухие факты.
Лишь то, что до войны, названной "Пепельной", основная масса населения была относительно биологически стабильной. На протяжении нескольких лет небольшие конфликты то затихали, то возобновлялись с новой силой, что и привело к этой масштабной войне за власть и ресурсы, в которой использовали новые виды оружия. Было разрушено большинство городов, удар пришелся и по живому. По населению прошлась "генетическая волна". Вырожденных назвали мальформами. Их строго отслеживали и контролировали возрожденная Церковь и армии Полисов, воздвигнутых на руинах былого мира. Именно эти "Черно-красные" и Церковники стали основной силой.
Даниэль резко очнулся от раздумий и снова сел напротив Ашера:
— Послушай, это жилой контейнер моего приятеля. У тебя ведь ещё нет маячка? На вид ты юный совсем.
Ашер слегка кивнул.
— Отлично. Поскольку Вика временно нет, ты можешь остаться тут. Мне нужно уйти сейчас. Позже я вернусь и принесу что-нибудь полечить тебя. В углу лежат сухие вещи, возьми что хочешь. Я обещаю, за тобой не едут.
Не дожидаясь ответа Дан вышел. Не видя вариантов получше светлоглазый решил остаться, но не решился встать, пока не выйдет Даниэль. Он осмотрелся в небольшом пространстве и немного освоился, так же он понял, что его все-таки заперли.
Следующим днём, едва дождавшись окончания смены, Даниэль ринулся к жилому контейнеру. Тем временем, Ашер жарил аналоговую колбасу, слегка нервно ожидая своей участи. Он услышал, как снова щелкнул замок и в полумрак плохо освещённого помещения ворвался прохладный воздух. Пришёл тот кого он ждал.
Даниэль пришел один и не предал его. Ашер был счастлив, что его действительно не задержали, чувствовал себя в целом лучше. Он отдохнул. Дорогие коллагеновые нити в гелевой оболочке, которыми, видимо, Дан наложил швы, тоже сделали свое дело и рана не воспалилась и медленно заживала. Ашер был удивлён медицинским познаниям у обитателя Обители.
Дан пересёк небольшое пространство контейнера и сел рядом за низкий стол. Какое-то время просто наблюдая за действиями. Освоившийся Ашер достал посуду и разложил простой ужин, не решаясь завести разговор первым. Где-то фоном слышались голоса с экрана прямой трансляции Церковного канала: "Помолимся же о нашем исцелении, чтобы каждый вновь пришедший в наш мир обладал изначальным геномом. Чтобы люди вновь стали единым целым, таковым как были созданы. Мы должны искупить свои грехи, как предрекал нам Пепельный пророк…."
На что Даниэль, недовольно поморщившись, шумно вздохнул и закрыл окошко с трансляцией на дисплее.
— Прости, ничего другого нет, тут только бесплатные каналы с новостями и пропагандой-наконец подал голос Ашер.
— Я, кстати, могу узнать твое имя? — вполне обыденно спросил он.
*Тут же осторожно беззвучно поставил тарелки себе и пришедшему. *
— Даниель — ответил парень, хитро улыбнувшись.
Вместе с приподнятым уголком рта загорелись и оливковые глаза лукавыми огоньками.
— Очень красивое… Спасибо тебе за все. Ешь.
— Я замел за тобой следы как смог вчера и пришел, как закончилась смена. Патрули как с цепи сорвались. Не из-за тебя ли? Надеюсь я получу более подробный рассказ после того как помог.
Повисло недолгое молчание.
— Хорошо… — он ответил и вымученно уселся поближе, — знаешь, однажды я отплачу тебе…
— Я родился в семье чистых. Мой отец был медиком. Очень правильный и добрый человек. Часто ездил по окраинам и лечил безвозмездно. Когда я был ребенком, он помог одной из групп сопротивления режиму, которые сотрудничали с одной из коммун. За что конечно понес последствия, но не суть. Так вот… Такие… Кхм… проблемы как у меня проявляются в основном ближе к полному взрослению. У некоторых бывает и раньше. Отец заметил, то я не буду чистым в первые годы жизни и скрывал это сколько мог. Но совершил ошибку, привлекая внимание к своей семье. В общем меня отослали, чтобы был шанс не попасть под систему. А дальше ты знаешь… Я до места не дошел… Ты расскажешь мне о себе?
Задумчивый Даниэль прекратил жевать и отозвался приглушённым голосом:
— Знаешь, мне кажется кое-кто меняет тему, — отметил он.