— Да. Спасибо.
Менее чем через час небольшой отряд черных кавалеристов поднялся на вершину холма, и от вида огромного лагеря, раскинувшегося в долине под ними, у Сэйбл перехватило дыхание.
С достоинством, которое придавало его словам силу, ее сопровождающий произнес:
— Добро пожаловать на свободу, мисс Фонтейн.
Охваченная чувством, которому не могла дать названия, Сэйбл встретилась с ним взглядом.
— Мы на месте?
— Да.
Сэйбл поняла, что в ее глазах стоят слезы. Свобода! В течение трех поколений женщины из ее рода жили как пленницы, не имея возможности свободно дышать, ходить по улицам или жить так, как им заблагорассудится, но теперь этот круг был разорван. Она перешла на другую сторону и, как и Араминта, поклялась, что скорее умрет, чем позволит вернуть себя обратно.
— Я бы предпочла пойти сама, если можно.
Он кивнул. Под любопытными взглядами остальных Сэйбл спешилась и начала медленно спускаться с холма. Она смутно осознавала, что мимо нее пронеслась остальная часть конного отряда, когда они стремительно спускались с холма, их радость была очевидна, но она не торопилась. При этом она подняла глаза к рассветному небу и послала воздушный поцелуй Мати и Старым королевам, поблагодарив их за защиту и за то, что они послали Араминту быть ее проводником к свободе.
Майор не преувеличил перенаселенность лагеря. Палатки и деревянные лачуги покрывали землю, насколько хватало глаз. Казалось, сотни чернокожих людей бродили вокруг, собирались вокруг слабо горящих костров для приготовления пищи, сидели перед палатками. Некоторые сидели молча, в то время как другие оживленно беседовали. Запах дыма и готовящейся еды наполнял утренний воздух. Она слышала плач младенцев и лай собак. Пожилые женщины продавали яйца, а домашний скот мычал в самодельных загонах. Она подняла глаза, увидела майора рядом с собой, и радостно воскликнула:
— Я не знаю, смеяться мне или плакать.
— И то, и другое, если от радости.
Она поняла, что он ей нравится. За его красивой игривостью скрывались глубина и чувства.
— Куда мне теперь идти?
— Со мной, чтобы вас оформили.
Сэйбл бросила на него такой скептический взгляд, что его лицо озарилось улыбкой.
— Вы сомневаетесь в моих намерениях?
Сэйбл подозревала, что он очаровывает всех женщин, заставляя их чувствовать себя центром его мира, но она не видела ничего плохого в том, чтобы немного погреться в лучах его внимания.
— Да, я сомневаюсь в ваших намерениях, — заявила она.
— Привлекательная, красивая и умная, — сказал он ей, и его глаза весело заблестели.
— Заработать свою награду, возможно, будет не так просто, как я думал сначала.
— Лепить снеговиков для дьявола, возможно, проще.
Он усмехнулся.
— Я думаю, вы будете стоить дороже золота.
— Гораздо дороже.
Их взгляды встретились еще на мгновение, и показалось, что мир перестал вращаться.
Сэйбл стряхнула с себя странные грезы.
— Где проводится это оформление? — спросила она.
— В большом доме в центре лагеря.
Рэймонду казалось, словно его околдовали. Он мог поклясться, что видел свое будущее в ее глазах.
Она огляделась.
— В какой стороне?
Он указал на восток.
— Примерно в полумиле отсюда.
Люди в лагере подходили к ним. Проходя мимо, мужчины приподнимали шляпы, приветствуя Сэйбл. Другие пожимали руку майору на коне, приветствуя его возвращение. Она заметила, как он старался ответить на все «Доброе утро, майор», обращенные в его сторону, и уделял время всем, кто подходил к нему, от морщинистых стариков и маленьких детей до молодых женщин с кокетливыми глазами. Похоже, он был здесь довольно популярен. Хотя Сэйбл никогда бы не призналась в этом вслух, уважение, которое он проявлял к местным жителям, и то уважение, которое они оказывали в ответ, еще больше укрепили ее хорошее мнение о нем.
— Смогу ли я самостоятельно найти место регистрации? — спросила она.
Он пожал плечами.
— Возможно, но это большая территория. Мне говорили, что когда-то здесь была одна из крупнейших плантаций в округе.
Сэйбл понимала, что ей, вероятно, следует держаться подальше от французского майора. Кто знает, что может случиться, если она поддастся его обаянию? Но она решила в последний раз принять его предложение о помощи.
— Я приму ваше сопровождение, но не поеду верхом.
— Справедливо.
Он подстроил черного жеребца под ее шаги, и они отправились внутрь лагеря.
По дороге его поприветствовали еще несколько жителей и много солдат. Сэйбл сказала ему:
— Похоже, вы здесь знаете всех.
— Почти всех.
— Вы занимаете руководящую должность?
— Полагаю, можно сказать и так. Я здесь главный.
Сэйбл остановилась как вкопанная.
— Вы шутите.
Он покачал головой.
— Нет, я начальник лагеря.
Удивление Сэйбл не проходило.
— Я знала, что у янки есть чернокожие солдаты, но никогда бы не подумала, что они позволят представителям расы командовать чем-либо. У вас есть реальная власть?
— Да, у меня есть полномочия защищать этот лагерь и его обитателей от вторжения.
— Я впечатлена, майор.
— Я рад, что во мне есть что-то, что производит на вас впечатление.
— Вы привыкли производить впечатление на людей, не так ли?
— На женщин, да.
Она рассмеялась.