Как и во всей стране, Сэйбл знала, что многим вольноотпущенникам теперь некуда идти. Если бы она не сбежала в Бостон, она была бы одной из тех, кто бродил по улицам.
Увидев беженцев, она вспомнила об армейском лагере и людях, которых она там встретила. Где они все сейчас? — Эвери и Саломея, Араминта, солдаты в госпитале. А где же Рэймонд? Он жил здесь, в этом городе. Пересекутся ли их пути когда-нибудь? Она надеялась, что да. Чувство вины мучило ее со дня побега. Она должна была ему не только деньги, но и объяснения.
К середине июня Сэйбл и миссис Джексон уютно устроились в своем маленьком коттедже. Строение напоминало многие другие в южной части города, с красивой железной решеткой на балконе. Благодаря доброте своих соседей Сэйбл узнала, где можно купить продукты и как доставить миссис Джексон в собор Святого Луиса, куда она и большинство других франкоговорящих чернокожих католиков ходили на воскресную мессу.
Однажды в воскресенье после церкви миссис Джексон случайно встретила подругу, которую не видела с тех пор, как уехала из Нового Орлеана. Она представила ее Сэйбл.
— Элизабет Кларк, я хочу познакомить тебя с моей дорогой подругой Джулианой Левек.
Глаза Сэйбл расширились. Могла ли она быть членом семьи Рэймонда? Глаза невысокой темнокожей женщины засияли теплом, когда она сказала:
— Я рада познакомиться с вами, Элизабет. Большое вам спасибо за то, что привезли Верену домой. Позвольте представить вам моего сына Бо.
Борегар Левек был так же красив, как и его мать. Высокий, с песочно-коричневой кожей, он склонился над ее рукой, как придворный. Этот поклон мгновенно напомнил ей о Рэймонде, и ее сердце учащенно забилось. Ей удалось произнести:
— Рада познакомиться с вами, мистер Левек.
— Пожалуйста, зовите меня Бо, мадемуазель.
Манеры Бо определенно напомнили ей о Рэймонде. Оглядываясь назад, она вспомнила, что он упоминал о четырех младших братьях. Мог ли Бо быть одним из них? Как и Рэймонд, Бо обладал ошеломляющей красотой, но не мог сравниться с обаянием майора.
Все еще глядя в глаза Сэйбл, Бо сказал:
— Мама, может быть, ты пригласишь мадемуазель Кларк и мадам Джексон на митинг сегодня вечером.
— Какой митинг? — спросила Сэйбл. Она чувствовала его интерес к себе так же ясно, как чувствовала солнечный свет, падающий на них.
— Мы собираемся, чтобы потребовать, чтобы что-то было сделано с бедственным положением освобожденных, — объяснила Джулиана Левек. — Ежедневно в город прибывают сотни беженцев, и не принимается никаких мер для их обеспечения. В наших церквях и приютах не осталось ни пяди свободного места, чтобы разместить их. Многие беженцы хотят работать, но им отказывают в свободном доступе к работе. Бродячие банды белых хулиганов грабят их. Есть даже сообщения о том, что беженцев убивают просто за то, что они говорят, что они свободны. Ситуация критическая, и, похоже, ни у кого нет полномочий что-либо с этим сделать.
Бо сказал Сэйбл и Верене:
— Мама входит в каждый комитет в городе и добавляет свое имя к каждому новому, который создается. Попытки угнаться за ней могут быть очень утомительными, мадемуазель Кларк, имейте в виду.
Сэйбл восхищалась активными женщинами. Она не хотела бы провести всю свою жизнь, занимаясь только покупками, развлечениями и посещением балов, как это делали некоторые женщины, с которыми она познакомилась здесь.
— Вам нужны добровольцы для работы с детьми? — спросила она.
— Боже мой, да! — воскликнула Джулиана. — Нам нужны учителя, люди, которые могли бы писать письма о помощи на Север. Нам бы не помешала тысяча специалистов по правописанию…
— Где я могу записаться?
Джулиана улыбнулась.
— Я пришлю за вами карету сегодня вечером, и мы продолжим разговор, договорились?
Сэйбл кивнула.
— Договорились.
Затем Джулиана повернулась к Верене.
— Приношу свои извинения. Полагаю, мне следовало спросить тебя, можно ли мне пригласить Элизабет. В конце концов, ты ее работодатель.
Верена отмахнулась от нее.
— Вечера Элизабет принадлежат ей. Для меня большая честь, что ты позвала ее с собой. Что касается меня, я слишком стара, чтобы сражаться. Я приехала в Новый Орлеан умирать и намерена наслаждаться жизнью, абсолютно ничего не делая, пока не придет время.
— Она нас всех переживет, — шутливо возразила Сэйбл.
Все рассмеялись и вскоре после этого попрощались.
Бо еще раз поцеловал руку Сэйбл.
— Было приятно познакомиться с вами, мадемуазель Кларк. Я надеюсь увидеть вас сегодня вечером.
— Мне тоже было приятно познакомиться с вами.
После того, как они с матерью отправились к своему экипажу, Сэйбл помогла Верене сесть в их собственный арендованный экипаж.
Пока Сэйбл размышляла, как подступиться к миссис Левек с вопросами о ее возможных связях с Рэймондом, Верена мудро заметила:
— Этот Бо — очень красивый мужчина. Возможно, тебе стоит к нему присмотреться. Даже такая полуслепая старуха, как я, заметила, что моя прекрасная Элизабет сразила его наповал.
— Не стоит играть в сваху, Верена.
Если Рэймонд и Бо действительно были братьями, она не видела будущего в отношениях с Бо.
Но Верена притворилась, что не слышала ни слова.