Александр Сергеевич невольно отшатнулся – с той стороны выглянула голова... Голова чего-то неземного, порождённого непроглядной тьмой. Из приоткрытой пасти, дымясь, капала вязкая сера. Немигающие глаза излучали спиральную муть. На покатом лбу торчали изогнутые рога.
Коврик у порога затлел.
На мгновение, в леденящей черноте за существом что-то промелькнуло – и Александр Сергеевич каким-то непостижимым образом понял, что это были расправленные крылья.
«А может, хвост».
- Господи... да святиться имя твое...
Тварь недобро оскалилась. Однако заслышав далёкий собачий лай, тут же скрылась обратно, в бездну.
Существо повременило. Затем распахнуло дверь настежь.
Обернулось.
Александр Сергеевич побледнел, а может быть, в придачу, и посидел.
До конца своих дней он никогда и никому не рассказывал о том, что увидел за плечами собственного внука. Не рассказывал по одной простой причине: охарактеризовать нормальным человеческим языком царство тьмы попросту невозможно.
Александр Сергеевич не мог понять: как бездна добралась до его светлой дочери и неугомонного внука? Не мог, хоть убей!
В левой руке возникла ощутимая боль. Александр Сергеевич медленно разлепил ресницы. Какое-то время, ничего не понимая, смотрел на перекошенное от страха личико девочки, на беснующееся у её ног создание, на безразличную метель. Потом всё же вспомнил: Светлана... Мухтар. Попытался протянуть им руку, но тут же содрогнулся от нестерпимого прострела в грудной клетке слева. Такое ощущение, что в сердце вонзили вязальную спицу! Вонзили, да так и оставили в пульсирующей плоти, желая насладиться предсмертной агонией.
Александр Сергеевич почувствовал удушье, однако сдержал нестерпимое желание вдохнуть полной грудью – иначе напором воздуха спицу вогнало бы ещё глубже, а тогда точно конец! Александр Сергеевич вдыхал воздух маленькими порциями, будто обезвоженный путник живительную воду в жарких песках пустыни. Шажок за шажком, словно младенец, что учится ходить. Миг за мигом, как рождается Вселенная. Он вынес боль, улыбнулся не на шутку испуганной девочке, сказал, как можно мягче:
- Всё в порядке, Светлана. Теперь я точно знаю, что мне нужно туда, – Александр Сергеевич попытался вознести взгляд к небесам, но вместо тех угодил туда, куда несколькими минутами ранее угодил меткий пальчик Светланы: в холодный металл, который, к тому же было не разглядеть.
«Возможно, в этом и заключен смысл всего».
Россия. Байконур. Стартовая площадка №110. Восстановленное здание монтажно-испытательного комплекса РКК «Энергия». «Антиматерия».
Женя, не без трепета в душе, разглядывала незнакомое оборудование, расставленное вдоль силового отсека ровными рядами, не совсем понимая, что тут забыла именно она.
Аверин улыбнулся, встретившись с Жениным взглядом.
Девушка вспыхнула, как новогодняя ёлка, тут же спряталась за маской забвения: сосредоточилась на странном железном ящике, похожем на холодильник или сейф, в попытке разобраться, какой цели тот служит.
- Генератор антигравитационных напряжений, – подсказал возникший буквально из ниоткуда Титов.
- Генератор чего, простите? – глупо спросила Женя, силясь собраться с мыслями.
Титов пожал плечами. Повторил с безразличной интонацией:
- Генератор антигравитационных напряжений – нужная, следует заметить, штука.
- И что она делает? – машинально спросила Женя. – Эта ваша «штука»?
Титов озорно улыбнулся.
- Только не говорите, что просто варит кофе, – улыбнулся в ответ Аверин.
- Хм... – Титов качнул головой. – Ирония – ваша вторая личина. Нет, наша, как вы выразились, «штука» не варит кофе, дров не колет, да и веников тоже не вяжет. Генератор антигравитационных напряжений сохранит наши кости и ткани целыми во время, так скажем, полёта на скоростях, близких к скорости света, или превышающих ту.
- Скорость света? – Женя почувствовала озноб. – Выходит, она всё же достижима?
- А вы сомневались? – Титов посмотрел на «штуку». – Единственное, что для этого нужно – построить шатлл побольше. Но и наш «потолок» впечатлит многих учёных и конструкторов современности.
- И сколько может выжать эта птичка? – спросил Аверин.
- Порядка ста сорока тысяч километров в секунду – при такой скорости перелёт до системы Юпитера займёт всего лишь шесть часов. Отбросив погрешности, можно с определённой долей вероятности сказать, что «Буран» с двигателем на основе термоядерного синтеза, при добавлении компонента топлива, полученного по принципу аннигиляции водорода, вполне способен развить скорость, численно равную половине скорости света.
Аверин присвистнул.
- А это не опасно? – тут же спросила Женя. – А если метеорит, какой, встретится... или ещё что?
- Навигационное оборудование дополнено системой нейтринной связи – так называемый «нейтринный радар».
- «Нейтринный радар»? – Аверин почесал затылок. – Не слышал про такое.
Титов кивнул.
