— Однако по-настоящему страшен третий вид. Потому что он реально может взорвать всё на полпути. Это уже нейтронные звёзды. Я не могу с уверенностью сказать, как всё обстоит в действительности. Но именно этот, третий вид, и создаёт то самое противостояние. Как правило, это люди, стремящиеся к познаниям. В большинстве случаев, это творческие личности, учёные, врачи. В особенности, те индивиды, что сталкивались на своём пути со смертью. Последняя кардинально меняет психику людей — словно перестраивает нейронные связи в голове. Есть люди феномены, вроде нашей Светланы. Все они — искры. Все они — одиноки. Все они — несчастны. Но встреча всего лишь с одной подобной искоркой может перевернуть жизнь обычного индивида буквально с ног на голову! Повторюсь, я не знаю, отчего всё именно так. Возможно, души таких людей имеют некий порт, по которому время от времени в их сознание проникает информация. Информация со звёзд, к которым, как считает Светлана, можно только «плыть».
Титов умолк. Развёл руками. Снова заговорил:
— Понимаете, сложно предсказать, как именно отреагируют на истину обыватели. Кому-то окажется всё равно, кто-то даже посмеётся, а некоторые, напротив, зададутся идеей, что лететь к звёздам нельзя ни в коем случае, хотя назвать более-менее объективные причины вряд ли смогут. Так-то. Поймите, мы не можем рисковать, когда на карту поставлено всё! Если наш полёт раскроется, миссия может оказаться под угрозой срыва. Тогда мы никогда не узнаем, что произошло на Европе в действительности!
— А если узнаем и не сможем от страха рта раскрыть? — прохрипел Александр Сергеевич, искоса посматривая на Титова. — Я уже в который раз задам вам всё тот же вопрос: а что если Светлана права?
Титов напрягся.
— В чём именно?
— Что нельзя именно лететь.
Титов в отчаянии всплеснул руками.
— Лететь можно! Мы уже больше полвека летаем на орбиту! Летали даже на Луну! — Он странно осёкся. — Два наших зонда уже практически покинули Солнечную систему! Разве это не то подспорье, что должно подтолкнуть к идее перелёта в другой мир?!
— Возможно… Ещё один момент: а вы не задумывались, что сигнал может быть элементарной ловушкой?
Титов заметно побледнел. Всё же нашёл в себе силы ответить:
— Кажется, на сей счёт мы уже беседовали. Так или иначе — даже если на Европе затаилась ватага до зубов вооружённых пришельцев, — ничто в известной нам части Вселенной не сможет подкрасться к кораблю незамеченным!
Александр Сергеевич незаметно улыбнулся. Он прошептал:
— А что если они уже подкрались?
— Что-что? — Титов подался всем телом вперёд, словно желая прочесть смысл сказанной фразы по лицу своего собеседника.
Александр Сергеевич мгновенно взял себя в руки.
— Вы сказали, что корабль выбрал членов экипажа самостоятельно. Он выбрал лично вас?
Титов с полминуты раскачивался, стоя на месте, пристально смотря в прищуренные глаза Александра Сергеевича. Потом повёл плечом и отвернулся.
— У вас есть на этот счёт сомнения?
— Понятия не имею. Я же не разбираюсь в людях настолько тонко, нежели вы, — Александр Сергеевич сложил руки на коленях и уставился в пол. Он был уверен, что Титов не ответит, однако тот ответил:
— На этом корабле всем заведует Малыш. Если есть какие-то сомнения, можете смело обращаться к нейромашине — она обучена говорить только правду и ничего кроме правды.
Александр Сергеевич просто кивнул.
— Значит, вы не измените своей позиции относительно телефонного разговора?
Титов резко обернулся.
— Александр Сергеевич, миленький, ну не изводите вы меня этими своими просьбами! Если бы всё зависело только от меня, я бы попытался сделать всё возможное, но… Понимаете, служба безопасности даже не соизволит на меня посмотреть — у них свои боссы и начальники. А им плевать на какого-то там научного руководителя!
Александр Сергеевич снова кивнул.
— Что ж, нет — значит, нет. Попытка не пытка — верно? — Он приподнялся, демонстрируя тем самым, что беседа окончена.
— Постойте! — Титов стремительно приблизился, положил правую ладонь на плечо удивлённого Александра Сергеевича. — Вот вам бумага, пишите.
Александр Сергеевич смиренно принял листок бумаги, ручку, толстую папку, какого-то «Дела №…»
— Что писать? Рапорт на увольнение?.. — Последняя нелепость просто вертелась на языке, так что Александр Сергеевич машинально отпустил её на волю.
Титов рассмеялся.
— С вами и впрямь не соскучишься! Пишите письмо внуку. У меня есть знакомый в Центре снабжения. Так вот, я попрошу его передать ваше письмо с прочей бумажной корреспонденцией в Москву.
— Зачем же мне в Москву?
Титов нетерпеливо вздохнул.
— Делайте, как велено. В начале письма укажите нужный вам адрес. Дойдёт! Верьте мне. Или вы думаете, у меня совсем нет друзей, как и души?
Александр Сергеевич обеими руками уцепился за последний шанс наладить какую-никакую связь с внуком — сейчас он был утопленником, что ни щадя ногтей на пальцах, цепляется за спасительное весло!
— Но как же ответ?
— Дойдёт. Получите в виде радиограммы уже на орбите Юпитера.
— Но…
— Там с этим будет значительно проще. Больше никак нельзя — это единственно доступный способ.
