— В погоне за одной отдельно взятой величиной, человек может ослепнуть. Многие уже лишились зрения в попытке завладеть сокровенной мечтой, однако самое страшное заключается в том, что это мало кого останавливает. А ослепшего человека очень трудно сдержать, особенно когда внутри него поселяются Они… — Доктор посмотрел на свой серп. — В конце Пути «печатей» не остаётся, как не остаётся и законов ими подкрепляемых. В этом случае, со звёзд спускается Тьма, и Те, что населяют Её.
Яська почувствовал, как внутри у него всё леденеет.
— Так где же мы были? Это ведь вы нас вывезли?
Доктор кивнул, но так, словно всё произошедшее было в порядке вещей.
— Да, вчера я зашёл на «погост» совершенно случайно. Потерял гвоздодёр. Один из твоих друзей его подобрал.
— Колька!
— Да, он. Нужно заметить, что именно это вас и спасло. Не уверен, что вам удалось бы бежать самостоятельно. Хотя… Чем чёрт не шутит, — ведь вы говорите и так. Возможно, ты смог бы выбраться и сам. Как и удалось бы спасти друзей. Вопрос лишь в том, хватило бы у тебя стремления и веры.
— Так где же мы были?
— Это был другой мир. В нём нет больше света, как не осталось и жизни. Не стоит «плыть» туда снова. Всё произошедшее — случайность. Вас просто засыпало под землёй. Ты испугался. Ни сколько за себя, сколько за друзей. Страх создал дисбаланс и способствовал открытию шлюза. Повторюсь, не стоит с этим шутить. Особенно во снах. Когда ты «плывёшь», исходный шлюз открыт и через него в мир живых может проникнуть всё что угодно. Сны нужно контролировать, иначе…
— Но почему я?! — не сдержался Яська.
За пригорком отчётливо прозвучал сигнал.
— Вот, — Доктор беспокойно оглянулся. — Они уже рядом.
Яська вытянул шею, но ничего не увидел.
Доктор подошёл к вагонетке, достал со дна тот самый гвоздодёр, каким Колька отмахивался от тварей, вернулся к Яське и, без видимых усилий, сломал замок — так, словно делал это каждый божий день.
— Возвращайся домой и постарайся набраться сил. Они знают про Путь, а это значит одно: вас будут поджидать, как подкараулили только что тебя. Это был показательный урок, — Доктор положил руку на плечо Яськи. — Прости, малыш, но так как было, уже не станет — это крест. Главное, не позволяй Им добраться до друзей, иначе всё рухнет. В первую очередь, для тебя.
Доктор откинул цепь прочь, подошёл к вагонетке, перекинул ногу через борт.
Яська ринулся следом, не понимая, что такое делает.
— Подождите! Но как же вы сами? Как вы всему этому противостоите в одиночку?!
Доктор обернулся.
— А кто сказал, что я один? Миллиарды лун назад, когда в сердцах людей поселилась бездна, со звёзд спустилось много таких как я. Тогда никто не знал, что это билет в один конец. Мы понятия не имели, навстречу чему движемся. Оказалось…
Из-за пригорка показалась струйка чёрного дыма.
Доктор сверкнул глазами.
— Прячься! Сегодня Они едут за мной, так что у тебя есть шанс вернуться, — и, не дожидаясь Яськиного ответа, Доктор покатил прочь. Нет, он не боялся, того кто ехал следом — даже ни разу не оглянулся, — хотя… Возможно, он просто привык, ведь всё началось давным-давно.
«А что началось?»
— Противостояние Света и Тьмы, после того, как вспыхнула первая Звезда!
Яська ничком повалился наземь, в стебли дурманящей лебеды.
Из-за пригорка выскочило нечто. Длинное, суставчатое, с рогатой головой, будто у жука-носорога, и атрофированными крылышками за спиной. Яська смотрел, как стремительно мелькают многочисленные ножки, и силился не закричать от страха. Подвижные усики существа сновали по колее, безошибочно определяя маршрут. Фасеточные глаза излучали синеватую муть. Из многочисленных нательных пор вырывались клубы удушливого дыма.
Существо разинуло пасть и завизжало.
Яська зажал рот двумя руками, попутно силясь проглотить страх и совладать с непослушными конечностями. Веки нестерпимо жгло, а где-то под самой ложечкой нарастала самая настоящая паника — только утрать над собой контроль, как ноги тут же понесут прочь! Так и никак иначе! Яська вжался в землю. А существо оказалось вовсе не насекомым. Оно неслось вдоль колеи, и Яська видел сквозь приоткрытые поры кипящую внутри создания жизнь! Там царило адское пекло, в котором копошились чёрные козявки. Они злобно верещали, то и дело нападали друг на друга, разбрызгивая вязкую слизь. Капли разлетались в разные стороны, вспыхивали ярким пламенем, будто смола, отчего само существо — или механизм??? — издавало жуткий вой. Из пор вырывались очередные клубы дыма, а вся конструкция неслась дальше, шипя и булькая, точно капля воды на раскаленной сковороде.
Яська лежал в лебеде, страшась даже пошевелиться, и желал одного: поскорее «всплыть».
