— Оно мне надо? — Колька повертел прыгалки в руках. — Девчачья забава.
Яська проговорил с неподдельной улыбкой:
— Спорим, не сумеешь!
— А чего тут уметь-то?.. — сразу же клюнул Колька. — Я столько раз видел, как наша барышня развлекается в одиночестве.
Яська пропустил мимо ушей «нашу барышню» и «развлекается в одиночестве» — сейчас было не до этого: главное, посильнее раззадорить Кольку! И Яська надавил, как смог:
— Это только со стороны так кажется. Нужно быть неимоверно ловким и смелым. Знаешь, как долбануться можно, если на одной ноге?
Колька прищурился — по всему что-то заподозрил.
— Впрочем, как хочешь, — тут же включил дурачка Яська. — Я же это просто так предложил. Нашёл прыгалки, вот и вспомнил.
Но Колька уже заглотил наживку вместе с крючком.
— Смотри и учись, студент, — и на Яськиных глазах Колька дал маху. Он пробовал снова и снова, однако тщетно — скакалка то по затылку чиркнет, то застрянет под подошвой, то налетит на голень чуть ниже колена. В общем, самый настоящий опус, причём по ГОСТу.
Колька разозлился. Хотел было отшвырнуть непокорные прыгалки прочь, но всё же вовремя вспомнил, что те принадлежат вовсе не ему, и протянул обратно Яське.
— Неправильные они какие-то у тебя. Короткие. Специально под девчонку сделаны!
Яська усмехнулся.
— Да Тимка с нами практически наравне.
— А ты мерился?
— Нет.
— А чего тогда умничаешь?
— Да больно надо! — последнее прозвучало, как обида, однако в душе у Яськи светило солнце — ещё бы, так провести друга!
Колька снова не разобрался.
— Да ладно тебе. Просто на улице надо пробовать. А тут… Тут твоя бабушка того и гляди заявится, а внучок её, вон, в чём мать родила на кроватке сидит и лыбу давит.
Яська встал. Откинул за спину прыгалки. Посмотрел на Кольку.
— Не в этом дело. Смотри… — И он прыгнул под то самое «Раз, два, три, четыре, кто у нас живёт квартире…»
«И как только запомнил?..»
Он прыгнул, не совсем надеясь на успех. Точнее вообще ни на что не рассчитывая — даже на помощь небесных сил. Прыгнул просто из чувства солидарности к другу. Он думал, что полетит после первого же приземления, но… Он допрыгал до последней строчки и замер, ошарашено хлопая ресницами.
С минуту они молчали, смотря друг на друга. Потом Колька сказал:
— Лихо как это у тебя вышло.
Яська улыбнулся.
— Наверное, это и есть «ритм».
— Но как он может помочь? Точнее, чем?
Яська пожал плечами.
— Не знаю. И сон не помню. «Ритм»… Наверное, всё дело в «резонансе» им порождаемом. Помнишь физику? Там про частоту колебаний — собственных и вынужденных?
Колька повёл плечом — по всему, с физикой он был не в ладах. Впрочем, как и сам Яська. Однако про колебания Яська запомнил. Скорее всего, потому, что в учебнике оказался наглядный пример про отряд солдат, которые до моста маршируют в ногу, а непосредственно перед речкой слышат приказ: «Не в ногу, марш!» И картинка ещё была — собственно, оттого и запомнилось, в первую очередь!
— Если колебания наложатся друг на друга и совпадут по частоте, тогда наступит резонанс.
— И чего?
— Ничего. Разрушится всё.
— А это тут причём?
— Да это я в пример просто. Резонанс случается всегда, когда совпадают два ритма. Только не всегда этот резонанс несёт разрушения, — Яська отложил прыгалки на табурет, сел на кровать, взлохматил волосы, обозначая этим жестом, недюжую мыслительную деятельность. — Мне кажется, настоящий «резонанс» может породить что-то ещё. Что-то такое, что в силах изменить мир, или открыть доступ к душе человека… открыть путь за грань, — Яська внезапно умолк, понимая, что каким-то образом додумался до чего-то возвышенного, что было недоступно его восприятию раньше. Причём сам начал и сам закончил. — Как-то так.
— Да уж… — Колька нахмурился, точно старый кот, которого достал своими играми неугомонный малыш. — А как быть с сердцами любящих людей? Ведь те тоже стучат в унисон.
Яська пожал плечами.
— Даже не знаю. Но ведь… — Яська осёкся.
— Что ведь?
— Но ведь в этом случае появляется новая жизнь. Чем не «резонанс»?
Колька задумался. Потом как-то неряшливо махнул рукой.
— Да, ритм необходим. Но зачем про него знать именно нам? Чтобы в прыгалки скакать? Или ещё во что играть? Я думаю, не стоит на нём зацикливаться, а то, чего доброго, можно сбиться.
— Сбиться? Как это?
Колька загадочно улыбнулся.
— Ну, ведь у жизни тоже есть ритм. И если собьешься с него, тогда всё станет не так, как прежде. И в этом случае, резонанс точно не послужит на блага, — Колька подмигнул. — Ладно, почалил я. А то бабушка твоя уже, наверное, последние секунды отсчитывает. Завтра забегу.
Яська кивнул.
— Если вдруг встретишь Тимку, скажи ей…
«А что сказать?.. Ну вот, приплыли».
Однако Колька только кивнул.
— Скажу.
И всё. Они даже словом не обмолвились о том, что случилось два дня назад. Словно ничего и не было. Или всё оказалось самой обыкновенной игрой на дне извилистого оврага. А может это и впрямь была игра? Для Кольки и для Тимки. Реальность же воцарилась лишь в Яськином сознании. Но тогда отчего так? И причём тут прыгалки?
«Чтобы что-то понять. Ведь куда проще это сделать на примере с игрушкой!»
