— Ага, как же! — Алька гневно нахмурился; всё же не удержался и шмыгнул носом — Александру Сергеевичу снова показалось, что перед ним застыл вовсе не родной внук, а один из персонажей фильмов про мальчишек-партизан, что бегали в тыл к врагу, таскали на передовую снаряды и воевали рука об руку с обычными солдатами. — На вокзале их командировка: день там синячат, а под вечер, когда деньги заканчиваются, подтягиваются уроки проверять. Злыдни! Знаешь, как они его за двойки колотят? А у него двойки эти из-за того, что бабушка совсем немощная! — У Альки задрожали губы, но он не сдался — попёр до конца. — Вот Руслан и носится после школы по делам, а на учёбу забивает. А эти — родители его — всё видят и ничего не меняют! Потому что им плевать! Деда, это они должны страдать, а не наша мама! Это они заслужили боль! Ну почему так?! — Алька всё же не выдержал — заплакал. Однако стиснутых кулачков так и не разжал.
Александр Сергеевич быстро стряхнул с себя оцепенение, навеянное пламенной речью внука, обхватил того за плечи, поскорее прижал к себе. Алька казался каким-то нескладным, угловатым, выпирающим во все стороны — Александр Сергеевич не сразу понял, что внук просто пытается высвободиться из его объятий.
«Ну, ничего себе…» — Александр Сергеевич, сам не понял, как оказался в одной части комнаты, а Алька — в противоположной.
Внук продолжал что-то доказывать, но Александр Сергеевич с трудом разбирал слова. Душа походила на влажную губку, что стремительно впитывает в себя каждое новое слово, не позволяя донести смысл до встревоженного сознания.
— На той неделе у Руслана умерла бабушка. Он теперь совершенно один… а этим… — Алька брезгливо поморщился. — А этим по-прежнему нет ни до чего дела! Вот Руслан и решил податься в Училище, потому что больше некуда, — не в обычный же приют, который ничем не лучше дома! А я с ним вызвался. Куда он один-то пойдёт? К тому же я его лучший друг — мы с первого класса вместе. И тогда ещё поклялись, что куда — один, туда и другой!
Александр Сергеевич снова осел на стул.
— Значит, решил, говоришь…
Алька кивнул, насупился.
— Решил. Но тут всё равно без взрослых — никак!
— Почему же?
— Нужно согласие хотя бы одного из родственников. Деда, расскажи им всё как есть про Руслана, а то ОНИ ВСЕ не верят!
Это — ОНИ ВСЕ — заставило сознание Александра Сергеевича содрогнуться.
«ОНИ ВСЕ действительно всё знают. Просто ИМ ни до кого нет дела. Как и мне нет дела до мнения собственного внука. В особенности после того, как я сам разглагольствовал перед больной дочерью о том, каких заоблачных высот взросления достиг наш любимый Алька. Действительно, отчего же всё именно так? Где эта долбанная справедливость, когда она так нужна?! В каком сраном пейнт-хаузе потягивает вискарь, рассуждая о дешёвых девках и ценах на углеводороды?»
Александр Сергеевич обхватил руками голову.
— Деда, ты чего? — Алька тут же возник перед дедом, попытался того легонько растормошить. — Ну же, деда, перестань меня так пугать! Ну, пожалуйста! Прости за то, что я тебе только что наговорил! Прости, прости, прости!
— Всё в порядке, Алька, — Александр Сергеевич вдохнул полной грудью, попытался изобразить на лице беспечную улыбку — вроде вышло. — Неожиданно всё просто как-то: вчера ты и думать не думал о самостоятельной жизни, а сегодня, вон, о чём заговорил… Эх, что же теперь с тобой делать? С тобой и другом твоим горемычным?..
Алька смущённо опустил взор, взял деда за сухую ладонь.
— Деда, я стану таким, как ты. Я буду стараться — не то, что в школе! Честное слово! И мне всё равно, что там подъём в шесть утра и зарядка — я всё это преодолею! Ведь это совсем не сложно, по сравнению с тем, что происходит, например, с Русланом.
Александр Сергеевич вздохнул, запустил свободную руку в неподатливые волосы внука — на сей раз в глазах того царило смирение.
Алька просто ждал окончательного вердикта, целиком излив душу.
«А ведь он всё делает правильно. Потому что, так или иначе, останется один, как друг Руслан. Потому что мать смертельно больна. Потому что и ты, старый хрыч, что-то задумал! Решил, как в молодости: напролом, сквозь тернии, к звёздам! А что?.. Не так уж это и неправдоподобно звучит, в особенности, если учесть всё то, что творится вокруг, да около. А бояться глупо».
— Вот, Алька, у меня для тебя тоже кое-что есть… — И Александр Сергеевич протянул внуку измятый конверт. — Посмотри, куда меня зовут.
Алька отдёрнулся, густо покраснел.
— Деда, я нечаянно, прости! Ещё вчера. Конверт лежал в прихожей на столике. Я не знал, что в нём! Теперь знаю. Деда, так ты и впрямь полетишь к звёздам?
