Дейн посмотрел на Элайну, на лице которой застыла недовольная гримаса. Теперь она держала в левой руке чашу с вином, но правую сжимала в кулак, убрав большой палец внутрь. Ее переполняла ярость.
Тарик поднял свою чашу.
– За Дейна Атереса, наследника Дома Атерес. Собравшиеся здесь будут всегда помнить твоих отца и мать, неизменно заботившихся о них. Именно твоя мать дала Дому Балиир защиту Дома Атерес, и я навечно благодарен ей. За Дейна Атереса! За потерянного сына, вернувшегося к нам. Слава Дому Атерес, клинком и кровью!
– Клинком и кровью, – повторил Дейн, наклоняя свою чашу к чаше Тарика – как следовало сделать.
Однако он обратил внимание на то, что Тарик назвал его наследником. Элайна будет недовольна.
– Клинком и кровью, – слова эхом разнеслись по саду, когда все собравшиеся, вслед за Тариком, поднесли чаши к губам и сделали по большому глотку.
– Сегодня вечером, – продолжал Тарик, – мы празднуем возвращение Дейна Атереса и свободу Волтары!
Снова раздались радостные крики. Музыка и пение возобновились.
– Лорд Балиир. – Несмотря на внешнее спокойствие, Дейн услышал плескавшуюся в голосе Элайны холодную ярость. – Ты не имел права устраивать праздник без моего ведома. У нас нет…
Балиир покачал головой и поднял руку, останавливая Элайну, что, как знал Дейн, только подбросит горючих материалов в пылавший костер ее гнева.
– Приношу свои самые глубочайшие извинения, леди Атерес. Я подумал, что вас настолько поглощают обязанности лидера, что кто-то менее значительный должен взять на себя организацию торжества, посвященного возвращению вашего брата. Вино и угощение мы взяли из запасов Лории, а барды – сыновья моего брата. Моя жена, Лира, занималась украшением сада. Ни одна монета из казны не потрачена. – Он поклонился, жестом предлагая Элайне присоединиться к празднику. – Пожалуйста, миледи. Наслаждайтесь вечером. Впереди нас едва ли ждет много ему подобных. Дейн, пожалуйста, пойдем со мной. Здесь собрались главы многих Малых Домов, некоторые просто хотят увидеть тебя снова, а другие мечтают с тобой познакомиться.
Дейн посмотрел на сестру и повернулся к Тарику.
– Извини, Тарик, я…
– Иди, – сказала Элайна, махнув рукой и покачав головой.
– Элайна, пожалуйста, я не должен…
– Иди, – повторила она сквозь стиснутые зубы.
Дейн печально вздохнул. У него не оставалось выигрышной стратегии. Если он уйдет с Тариком, Элайна разозлится, что он согласился, но, если останется, сестру возмутит, что он ее не послушался. Он бросил взгляд в сторону больших бочек с вином и подумал: «Интересно, как бы поступила на моем месте Белина?» Ему вдруг показалось, что он слышит ее голос. «Если тебя ждут неприятности в любом случае, то хотя бы получи удовольствие».
Дейн подготовился к предстоящей вспышке гнева Элайны и кивнул Тарику:
– Веди меня, Тарик.
– С радостью, милорд.
Дейн на ходу оглянулся через плечо и увидел, что многие последовали за ним. Однако Элайна и всадницы вивернов стояли точно статуи, мрачно глядя ему вслед. Даже Мера прижала пальцы к щекам и покачала головой.
– Начнем с вина, Тарик.
Элайна вдохнула фруктовый аромат красного вина, поднесла деревянную чашу к губам и, прежде чем проглотить напиток, подержала его на языке, оценивая букет.
Она стояла у каменного подоконника в задней части кабинета, когда-то принадлежавшего ее отцу, а теперь, надо полагать, ей самой. Хотя эта мысль все еще казалась ей неправильной.
Со своего места Элайна видела Антиганский океан; свет луны отражался в воде, создавая искаженный образ, словно боги случайными взмахами кисти нанесли мерцающие белые мазки. Но внимание Элайны привлекала не красота океана, а виверны.
Лунный свет сиял на чешуе существ, паривших над утесами или падавших вниз, чтобы в самый последний момент промчаться над водой. Казалось, она смотрела в небо, полное самоцветов.
Когда они освободили Скайфелл, виверны, наконец, вернулись в свои гнезда, построенные для них на Абаддианских скалах. Множество таких гнезд высекли в скалах тысячелетия назад, но сейчас вивернов было лишь несколько сотен. Когда-нибудь наступит день и все гнезда снова будут заняты.
– Я вам обещаю, – прошептала Элайна.
Скрипнула дверь, и в кабинет проникли далекие звуки музыки и пьяные голоса веселившихся людей. Элайна, с облегчением, услышала голос Меры.
– Я так и подумала, что найду тебя здесь, – сказала Мера. – А где Амари и Лукира?
– Я отправила их пить и танцевать, – ответила девушка, которая выпрямилась во весь рост и сделала глоток из чаши с вином, продолжая любоваться почти божественной красотой вивернов. – И, хотя мне не хочется это признавать, Тарик прав. Впереди у нас совсем немного таких дней.
– И все же ты здесь. – Мера подошла к Элайне, держа в руке чашу с вином.
