– Я не знаю. Возможно, армии пришли из Карвоса. Впрочем, это маловероятно. Карвоси не тревожили наши берега вот уже несколько столетий, но, даже если появлялись, Орден быстро с ними разбирался.
– Однако Орден не существует уже четыреста лет, – возразила Элла. – А про Драконью гвардию я слышала только в легендах.
– О, Драконья гвардия вполне реальна, девочка, – сказала Яана. – Уж поверь мне. Но ты права, теперь их не встретишь так часто, как прежде. Впрочем, все может измениться, когда начнется серьезный конфликт. Мы всегда опасались беспокоить спящего медведя, но что произойдет, если разбудить спящего дракона? В любом случае это могут быть карвоси, а может, и арданиане. Однако я не вижу причин, зачем бы им понадобилось напасть на западное побережье. И всегда существует вероятность, что эльфы выйдут из Линалиона. Пугающая мысль… – Яана замолчала, продолжая читать другие письма, все они были от разных людей, и в каждом повторялось одно и то же: люди умирают, горят города.
– Эльфы? Я думала, что Линалион существует только в сказках. Город, спрятанный тысячами миль леса. Армии эльфов, которые ждут подходящего момента для мести. Это одна их любимых тем бардов. Я никогда не сомневалась, что в Линалионе живет много эльфов, но армии, достаточно большие для уничтожения городов?
– Вы, южане, все считаете волшебными сказками, верно? Эльфы Линалиона вполне реальны и очень опасны. Кингпассе и Истерлок часто страдают от их рейдов. И никто из мужчин и женщин, однажды вошедших в лес, не вернулся назад. Но, если забыть о легендах, Фарвен пару раз о них упоминала. И это были единственные разы, когда я слышала страх в ее голосе.
– Страх? – удивилась Элла. – Но они же ее соплеменники?
– Ну, всё… не так просто. Фарвен не бывала в Линалионе со времени Падения. И никто там не бывал. Во всяком случае, никто из тех, кого я знаю.
– Со времен Падения? Падения Ордена? – Элла не сумела сдержать смех. – Получается, что Фарвен больше четырехсот лет. Это невозможно… – Элла прищурилась, глядя на Яану, на лице которой появилась улыбка. – Ты серьезно?
– Тебе предстоит многому научиться, Элла Фьорн. Фарвен была дралейдом. – Яана тихо рассмеялась, увидев изумление на лице Эллы. – И она не единственная. Еще Корен. Они сражались во время Падения, видели, как погибали их братья и сестры, как рушился мир. Я не очень знаю, когда именно, но они потеряли своих драконов в схватках с Драконьей гвардией. Я уверена, что ты слышала разные истории, но однажды, когда мы с Фарвен топили наши горести в Крови Змея, она сказала мне, что утрата дракона подобна разбитому вдребезги стеклу. Как если бы вся она превратилась в мелкие осколки, без всякой надежды и возможности склеить их снова. Я бы не поверила ей, если бы своими глазами не видела, как она держит руку над пламенем, пока кожа не покрывается волдырями. Она не чувствует боли или прикосновений – на самом деле вообще ничего не чувствует. Фарвен говорит, что ее дракон забрал с собой ее способность чувствовать, когда погиб, – я не сумела понять, что это означает. Если ты или я думаем, что нам довелось пережить скорбь, мы обе печально ошибаемся. Впрочем, все мы понесли потери.
У Эллы заболело сердце. Физически. Боль сжала ее грудь. Мысль о таких мучениях казалась ей непостижимой. В ее голове промелькнули образы Рэтта и Хейма.
– Но как… как они нашли в себе силы продолжать? – спросила она.
– По той же причине, что и ты, – ответила Яана, положив ладонь на руку Эллы. – Потому что мы больше, чем мы сами про себя думаем, больше суммы всех составных частей.
– Я… – Странное ощущение возникло на периферии ее сознания.
Она что-то услышала, но не совсем понимала, что именно. Рядом с ней на ноги поднялся Фейнир и навострил уши.
– Что? – Яана перевела взгляд с Эллы на Фейнира, потом посмотрела на дверь в лазарет. – Элла, что…
Со стороны койки у них за спиной послышался хриплый кашель, Элла и Яана подскочили от неожиданности.
– Моя любовь! – Яана резко повернулась, письма взлетели в воздух.
Пульс у Эллы забился быстрее, сердце стучало, точно молот.
– Все в порядке, я здесь. Все хорошо, постарайся дышать, – сказала Яана.
– Алари! – закричала Элла, призывая целительницу. – Алари, ты нам нужна! Он пришел в себя!
– Элла? – голос Таннера был сухим и скрипучим, как песок в пустыне.
– Элла? – Яана повернулась к Элле, приподняв брови, потом снова посмотрела на Таннера, который неподвижно лежал в кровати. – Она здесь, любовь моя. Что такое? Что-то случилось?
Сердце Эллы забилось еще сильнее, и она обошла вокруг койки Таннера. Его покрасневшие глаза широко раскрылись, он посмотрел прямо на Эллу, как только она появилась в поле его зрения. Кожа была бледной, словно кровь отхлынула от лица. Таннер несколько раз сглотнул, пытаясь отыскать влагу для потрескавшихся губ и пересохшего горла.
– Ему нужна вода, – сказала Яана, коснувшись рукой головы Таннера. – Элла?
