– Что тебе дает работа полицейского Мирной Власти, Делла? Я еще мог бы понять, если бы ты уютно пристроилась где-нибудь в Ливерморе и нажимала на кнопки. А ты рискуешь жизнью, занимаешься шпионажем для тирании. Теперь ты и меня превратила в нечто такое, что мне и в самом страшном сне не могло бы присниться. Зачем?
Делла посмотрела на вспышки молний за пеленой дождя.
– Майк, я за Мир. Подожди. Я не хочу сказать, что воспринимаю всерьез те глупости, о которых вещают средства массовой информации. Посмотри правде в глаза: у нас действительно все эти годы был мир. Цена этому – тирания, но тирания куда более мягкая, чем любая другая в истории человечества. Цена – это люди, образца двадцатого века, вроде меня, которые продадут свою собственную бабушку ради торжества идеала. Прошлое столетие дало миру термоядерные бомбы, купола и ужасные эпидемии – уже одно это превратило тебя «в нечто такое, что и в страшном сне не могло бы присниться». Но и остальное ничуть не лучше. К концу двадцатого века страшное оружие становилось все дешевле и дешевле, оно было даже у самых маленьких государств. Если бы не началась Война, могу спорить, что очень скоро атомные бомбы оказались бы в руках преступников. Человечество не выжило бы при таком распространении оружия. Мирная Власть положила конец суверенным странам и лишила их контроля над технологиями, способными уничтожить человеческую расу. Наша единственная ошибка в том, что мы не довели дело до конца. Мы перестали контролировать развитие электроники, и теперь нам приходится расплачиваться.
Майк молчал, однако было видно, что его гнев улетучился. Делла встала на колени и посмотрела по сторонам, а потом чуть не рассмеялась: похоже, в маленьком домике на дереве взорвалась легкая ручная граната – одежда в беспорядке валялась по всему полу. Делла начала одеваться. Спустя несколько минут Майк последовал ее примеру, но заговорил он только тогда, когда они накинули на себя дождевики и открыли дверь.
– Враги? – криво ухмыльнулся он, протягивая ей руку.
– Естественно, – кивнула в ответ Делла, и они пожали друг другу руки.
Спускаясь с дерева, Делла уже размышляла о том, что можно сделать, чтобы задеть старого Каладзе за живое. Паниковать он, конечно, не станет, тут Майк совершенно прав. А как насчет стыда? Или гнева?
Подходящий случай представился ей на следующий день. Весь клан Каладзе традиционно собирался на ужин. Как и полагалось женщинам, Лу помогала готовить и накрывать на стол. А когда все уселись за длинным, обильно уставленным едой столом, ей постоянно приходилось вставать, уносить грязные тарелки и приносить новые блюда.
Мирная Власть по всем каналам трубила о «предательстве против Мира» – обсуждались судебные процессы, которые Эвери начал в Лос-Анджелесе. Уже было объявлено о нескольких смертных приговорах. Делла знала, что Мастеровые сейчас непрерывно обменивались сообщениями друг с другом, и чувствовала, как с каждым часом нарастает напряжение. Даже женщины чувствовали это. Нейсмит объявил, что опытная модель генератора куполов готова, и передал Мастеровым чертежи. К сожалению, единственная работающая установка зависела от программного обеспечения, для полного завершения которого требовалось еще несколько недель. Кроме того, ему необходимо было время, чтобы решить ряд технических проблем.
Мужчины весь ужин обсуждали эти новости. Впервые они говорили о таких серьезных делах за едой, а это лишний раз подчеркивало, что ситуация стала критической.
В принципе теперь в распоряжении Мастеровых появилось такое же оружие, как и у Власти. Однако пока они не могли воспользоваться этим оружием. Более того, если Власть узнает о генераторах до того, как Мастеровые начнут их массовое производство, то может раньше начать полномасштабные военные операции, которых так боялись Мастеровые. Учитывая все это, чем можно помочь заложникам в Лос-Анджелесе?
Лу молча слушала споры мужчин, пока ей не стало ясно, что осторожность побеждает и Каладзе склонны дождаться момента, когда можно будет использовать изобретение Нейсмита-Хелера. Тогда она с пронзительным невнятным криком вскочила со своего места.
В обеденном зале мгновенно наступила тишина. Каладзе с изумлением взирали на нарушительницу этикета. Соседка Деллы по столу попыталась усадить ее на место. Не обращая на нее внимания, Делла закричала во весь голос:
– Трусливые дураки! Вы будете сидеть здесь и дрожать, пока они не казнят в Лос-Анджелесе всех наших людей, одного за другим. Теперь у вас есть оружие – генератор пузырей. И даже если никто из вас не готов рискнуть своей шкурой ради друзей, я уверена, что среди благородных домов Ацтлана найдется немало таких людей. Ведь не меньше дюжины сыновей высшей знати были взяты заложниками в Ла-Холье.
Николай Сергеевич Каладзе медленно поднялся на ноги. Несмотря на то что Делла находилась на противоположном конце стола, казалось, что он возвышается над ней, с ее жалким ростом метр пятьдесят пять.
