Пока Ник отпускал комплименты по поводу "ножки Золушки" – Женька подумала о миниатюрных девушках Корё и Чжунго. Ничего особо и не изменилось – кореянки и китаянки так и остались кукольно милыми с подростковым размером обуви. Вспомнилась бай Ён, красочной птичкой порхавшей по дому и умевшей творить красоту своими миниатюрными руками и пальчиками. Ксяо Ли, создававшая прически, которые можно было представлять на выставках высокой моды… "Здесь» нужно думать о "здесь". Пока я в "Северных землях" – не буду размышлять о том времени и о Юшенге тоже не буду … ", – крутилось в Женькиной голове. Но разве можно запретить себе думать о том, что думается и помнится…
День пролетел совершенно незаметно. Оценка выхода гранитного слоя, прикидки, насколько оправданной и безопасной окажется возможность пустить трубу по поверхности. Насколько это будет дешевле, но во сколько возрастет обслуживание этой части газопровода и контроль незаконных подключений. Расчет аварийности и прочее. Женькин блокнот распух от пометок, вопросов, которые нужно уточнить и обсудить. От примерных расчетов "начерно" для предстоящего разговора с руководителем проекта.
Ник выглядел совершенно другим, немножко незнакомым, человеком. Собранным, серьезным, грамотно распределяющим приоритеты по рабочим вопросам и с конструктивным складом ума. Мечта. Жаль только, что сердце не отзывается. Женька вздохнула и поймала себя на том, что хочет в Чжунго и давно не видела Юшенга.
Взмах головой, взметнувшаяся челка унесла нелепые мысли, и Женька опять раскрыла блокнот, приготовившись к записи очередных нужных заметок. Позже. Юшенг и Чжунго позже. Сейчас – работа и проект.
10.
Набегавшись, целый день по котлованам, начитавшись технических документов до одури, Женька и Ник настолько устали, что не сговариваясь свалились на диванчик прямо в фойе гостиницы. Хотелось перевести дух, не говорить о работе, вытянуть ноги и молчать.
– Жень, знаю, что устали, но рано еще спать укладываться, пойдем – посидим в баре цокольного этажа. Я вчера заметил, что туда народ только к полуночи подтягивается, а вечером почти пусто и музыка тихо-ненавязчиво играет. Там диванчики. Заодно и поужинаем. Они с общей кухни еду готовят на кафе и бар. Алкоголя я и сам не хочу – еще завтра день бегать. Тем более по офисам и с руководством. Утрясать нужно все то, что увидели, записали и наметили.
– Диван. Мягкий удобный диван, полумрак и тишина – это то, что может сейчас меня соблазнить и сподвигнуть. Женька рассмеялась. Ей тоже хотелось отдохнуть, но не хотелось скучать в номере, глядя на экран телевизора.
– Но я категорически утверждаю запрет на разговоры о работе! Завтра, все завтра. Сейчас лишь о ерунде или молчим, впитывая тишину и отдых.
Ник любовался Женькой не особо понимая чем она его так привлекает. Фигура и каштановые волны волос? Были женщины с внешностью актрис и совершенно не тронувшие сердце. Юмором и непосредственностью? Незамысловатые простушки тоже встречались, даже не вызывая интереса. Может быть тем, что она ни разу не проявила своей заинтересованности в нем, хотя заметно, что ей приятно находиться рядом? Странно, почему хочется заботиться о ней, почему хочется быть ближе. Ник так и не нашел точного ответа.
Вечер в баре действительно оказался уютным. Все как сказано – редкие посетители, удобные диванчики, приглушенный свет и негромкая фоновая музыка из динамиков. Официант не беспокоил, но оказывался на виду в готовности принять заказ. Для небольшого городка – на редкость достойный уровень сервиса. Изумрудные стены и обивка не напрягали глаза, а пара бильярдных столов – дополняли интерьер и предлагали провести отдых активно. Активно – не хотелось. Хотелось вкусной еды и полулежать. Это был самый неромантический вечер двух уставших людей, но в нем оказалось больше взаимопонимания и заботы, чем могло бы показаться со стороны. Через пару часов, немножко восстановившись в приятной атмосфере, Ник и Женька разошлись по своим номерам, пожелав друг другу самых приятных снов. Ник заснул сразу же. Женькины дела только начинались.
Воспоминания, воспоминания… Женька, в который раз прокручивала в голове все до мельчайших подробностей из тех, что возникли во время «вспышек» образов: красавица китаянка и молодой воин Хан Мён, хитрость, благодаря которой Чо Люн будет одурманена и убьет Юшенга…
Стоп! Если Чо Люн виделась стоящей у тела умирающего Юшенга, а вдали бежали люди, значит, она будет поймана. Женька уже успела познакомиться с судебной системой и знала, что любое убийство карается смертью. Варианты наказания разные – итог один. Как умрет Чо Люн неизвестно, но Небо приготовило для нее очень короткую нить судьбы. Хан Мён в видении сможет уйти от правосудия, и жизнь его будет длиннее. Насколько – опять же неизвестно, в предсказании он хотел получить трон при совсем юном наследном принце. То есть длина его жизни неизвестна, так как принц действительно еще ребенок…
