Наконец веселый гомон подружек и друзей, молодых родственников и многочисленных сестер и братьев от других наложниц императора стал стихать, как к свадебной дороже подошла женщина. Казалось, что она возникла из ниоткуда. Она смотрела на жениха и невесту, словно знала их и была здесь всегда. По людской толпе прошла волна шелестящих вопросов и ропот.
– Кто это? Откуда она взялась? Почему одежда странная, лица не видно, она скинет накидку, мы увидим ее лицо? – Множество одних и тех же вопросов ручейками переливались от одного края массы гостей до другого. Го Жун подался вперед и внимательно следил за женщиной. Стража натянула тетиву луков и, обнажив мечи, была готова исполнить приказ императора даже по шевелению пальца. Все замерли. То, что женщина была чужой, чувствовалось сразу. Император слегка повел головой из стороны в сторону, и стражники убрали оружие, будучи готовыми так же быстро достать его опять.
18.
Женька стояла и пристально смотрела вперед, прямо в глаза Хань Юшенгу, он так же не отрывал взгляда от ее лица. Чо Люн переводила взгляд с одного на другого, пытаясь задавать вопросы, но её никто не слышал. Чо Люн замолчала. Ропот и шелест толпы улеглись, и наступила пронзительная тишина.
Женька сбросила капюшон – каштановые волосы, собранные в пучок наверху и свободно падающие на плечи блеснули на солнце медным. Драгоценная заколка пинё, подаренная Ван Со, украшала голову и держала часть прически. Символ вечности – журавль с грибами пуллочхо в клюве отражал солнечные лучи от блестящей золоченой поверхности.
Медленно развязав завязку плотного плаща, Женька скинула его, оставшись в темно-синем платье в виде балахона. Вытянув руки перед собой, чтобы показать, что ладони пусты и оружия в них нет, Женька совершила полный церемониальный глубокий поклон перед императором Го Жуном и слегка преклонила голову в сторону Хань Юшенга и его молодой жены.
Широкие рукава платья, сделанные из тончайшей кисеи цвета неба, струились при каждом движении, переливались россыпью пришитых бусин и жемчужин. Вид Женьки настолько отличался от всех гостей, что только через несколько минут те, кто стояли ближе ахнули от удивления, рассмотрев серые глаза и светлую кожу лица.
– Чужестранка! Она не отсюда! Кто это? Волосы горят медью, кожа бела, глаза – смотрите какие глаза… Я слышал, что есть земли, где у всех глаза такого цвета…
Го Жун встал с кресла – тишина опять заполнила пространство. Каждый звук насекомого или чирикание птиц слышалось предельно отчетливо… Люди замерли, пытаясь уловить каждое слово и каждый вздох, разыгравшегося перед ними нежданного представления.
– Кто ты и откуда? Для чего пришла на праздник и что хочешь сказать. Говори.
Голос Го Жуна был негромкий, но, как человек, привыкший приказывать, Го Жун проговорил все слова четко и повелительно. Он не привык просить, зато привык скрывать удивление и другие эмоции. Сильный император не имеет право на удивление, только полное владение собой в любой ситуаций может дать власть и поможет удержать ее.
Женька воздохнула, прошла немного вперед, стало видно, что она пришла босая, остановилась и начала говорить.
– Последователь Конфуция – философ Дун Чжуншу сказал, что волю Неба трудно увидеть, путь Неба трудно понять. Поэтому только наблюдения за тем, как темное и светлое начала проникают в наполненные и пустые места и выходят из них, позволяют видеть его волю, а уяснение изменений, происходящих в пяти стихиях от начала их возникновения и до конца, их согласие и противоборство, увеличение и уменьшение, расширение и сжатие позволяют видеть путь Неба.
Женька перевела дух, убедившись, что главная опасность миновала – оружие не нацелено, хотя стрелки внимательно следят за каждым движением ее рук.
– Небо решило благословить брак Хань Юшенга и Чо Люн, я посланница Неба, я Дева времени. Я Чжен – так меня называют здесь. Я рождена тысячу лет вперед в северных землях, но призвана выполнить волю богов здесь и сейчас. Небо желает Го Жуну десять тысяч лет жизни и продолжения управления страной в мире и благополучии, Небо хочет, чтобы за это время Наследный принц вырос и научился всему, что должен знать. Небо призывает Хань Юшенга помочь ему в этом. Молодая жена Хань Юшенга принесла счастье в его дом, даровала заботу и долгую жизнь мужу.
Тишина изредка прерывалась вздохом удивления или шуршанием одежд кого-то из гостей, все звуки были предельно отчетливыми.
– То, что человек является человеком, зависит от воли Неба. Небо – это прадед человека, поэтому то, что человек является таким, каков он есть, объясняется тем, что он подобен находящемуся наверху Небу. Так пожелали Боги. Счастья молодым и десять тысяч лет жизни императору.
