В общем, пожалеть успела… У него в сейфе, вмонтированном в стену, деньги просто пачками лежали, она в жизни не видела таких сумм, а Денис смотрел, словно на мелочь. И пистолет еще… А, да, и бумаги какие-то… Поди угадай, что смертоносней?
И вот как ей «никогда ничего не касаться», если Денис сам ее смотреть вынуждает? Или теперь, с этим кольцом на пальце, у нее уже выбора нет? И Тала, в понимании Дениса, и так целиком и полностью в его власти, не деться никуда? Под его контролем, значит, можно ничего не прятать?
Если начистоту, то это лишь усиливало страх. Потому старалась отвлечься, но взгляд против воли туда притягивало.
Во всей квартире выключен свет, охранники сменились где-то за дверью, но у нее сейчас ощущение, что на многие километры она одна, отрезана от всех и всего этой метелью. А мысли, словно те снежинки, в голове вот так же кружат.
И ужас пульсирует в груди, не поддается разуму. Страх, в котором смешалось так много оттенков и граней, совершенно различные причины и доводы!
Слишком интенсивные переживания за последние дни, чересчур много волнений. Да и успокаивающее, которого выпила несколько таблеток перед полетом, отпустило, а теперь, видимо, откатом накрыло. Потому и не спит, что не может.
Бежать ей от него надо… Бежать, пока не упустила время, потерявшись в Шустове, себя спасать и от него, и от рака… Еще в самолете это поняла. Вопрос в другом: как от такого человека убежать, в принципе, возможно? И отпустит ли он?
— Тала? Вернулась? Ты как, вообще? — звонок Светы разбудил, вырвал из мутного, тяжелого сна.
— … — голос отказал, один хрип выдала в ответ, пришлось откашляться. — Света, привет… Ммм, — попыталась раскрыть глаза, понимая, что состояние отвратное. — Средне-паршиво, — выдохнула тяжело, поняв, что спала на той стороне кровати, где Денис обычно лежал.
В груди пробило новым приступом тоски вперемешку со страхом. Оторвала телефон от уха, посмотрела в уведомлениях — есть сообщение. «
Футболка его, которую надела еще с вечера, мокрая полностью. Выдохнула как-то тяжело. Трясет, а лоб горячий, кажется. Неужели таки простыла?
— Тала!!! — донеслось из телефона.
И она, вздрогнув, быстро вернула аппарат к уху, если честно, забыв, что с подругой говорит. В голове, словно туман. Какое-то плотное облако, через которое мысли с трудом пробиваются.
— Что? — выдохнула хрипло.
— Шуст рядом? — словно насторожившись, уточнила подруга.
— Ммм… Нет. Денис улетел на два дня, — соображать было очень трудно. Вот прям через «не могу».
— Золотко мое, что с тобой такое, понять не могу? — видимо, подруга ощущала ее состояние, по этим бессвязным ответам понимала.
— Я спала… — словно оправдываясь, попыталась объяснить. — Легла вчера поздно… — и тут на нее, будто рухнуло все то, что вчера не давало уснуть, все мысли, ощущения, беспокойство! — Света… мне, похоже… исчезнуть нужно, — выдохнула как-то бессвязно и потеряно. — И у меня температура вроде, — прижала ладонь ко лбу, не понимая, то ли рука ледяная, то ли лоб обжигающий?
— Так, подруга, меня к тебе пустят? — собранно поинтересовалась Света.
Тала задумалась… Денис сказал, что им можно встречаться, но подразумевалось ли то, что им это в
— Мне точно с тобой встретиться можно. Я сейчас переоденусь и приеду… Давай, в кафе, позавтракаем… или пообедаем… В общем, чтоб люди вокруг были. Так точно сможем поговорить, — попыталась встряхнуть и себя, и мозги, придумала самый лучший выход, на какой сейчас была способна.
Пусть и с трудом могла представить, каким образом выволочет себя на улицу в этот момент?! В таком состоянии…
Хорошо, что водитель есть, как ни крути, а довезут. Смотри-ка, и тут Денис правее оказался…
Мысль вызвала нелепый, истеричный смешок, но заставила Талу подняться.
— Хорошо, — не спорила Света. — Через… час на обычном месте? Успеешь?
— Думаю, да. Напишу, если пойму, что опаздываю, — побрела в ванную.
— *****! — мат был последним, что Тала ожидала бы услышать от подруги сходу.
Света, вообще, редко использовала бранные слова, все же педагогическое образование сказывалось, да и образ «легкой и красивой девочки». Жаргон — это да, могла, а вот чтоб так, конкретно.
— Ты чего? — растерялась, плюхнувшись в кресло.
Максим позади на три шага остался, как и раньше, просто мониторя ситуацию, но и не мешая им говорить. Хорошо, что он был, кстати, Тале как-то прогрессивно хуже становилось. Пару раз охранник ее подхватывал уже. Видимо, сказывался перелет, отлежаться бы, адаптироваться… Правда, Максиму на рыхлый снег пожаловалась, оправдываясь, что поскользнулась.
