Познав гнев тёмных эльдар, обмануть которых решили хитрые старейшины, остаткам кин остаётся только молиться предкам о быстрой смерти. Потому как друкхари достаточно сведущи в тончайшем искусстве пыток, чтобы устроить настоящую вечность боли любому разумному.
— Вы за всё заплатите, твари, — уже не сдерживая слёз, прохрипел престарелый седой нечеловек, из чьего рта непрерывно сочилась кровь. Каждый выдох срывался с губ вместе с пузырями алой жидкости, что, очевидно, безмерно забавляло эльдарку.
Не в силах даже вздохнуть, старый кин закатывал последний уцелевший глаз, но прежде чем смерть даровала ему освобождение, эльдарка приставила пистолет к его лбу и без промедления спустила курок.
Нелюдь даже не смог кричать, когда куски стекла начали медленно прорастать внутри его черепной коробки, с каждой секундой забирая по новому куску мозга и сознания. Долгая и мучительная агония, заставившая друкхари слегка наклонить голову и разочарованно хмыкнуть:
— Все карлики такие безумно скучные, или только этот подобным был? Старички ведь забавными оказались, да, уродец? — заскучавшая девушка бросила взгляд на мастера-гемункула, что сейчас с максимальной придирчивостью рассматривал своё новое творение плоти. Шестирукий Повелитель плоти, сейчас стоящий на своём костяном хвосту и рассматривающий цель всеми своими зелёными фасеточными глазами.
— В них биологически заложена стойкость и покорность, так что ничего удивительного. Значительно менее эмоциональны, чем обычные Мон’кей, оттого и боль переносят лучше. Посредственный материал, примечательный лишь своей относительной уникальностью, — вонзив иглу и впрыснув какую-то зелёную жидкость, заставившую мясного колосса взреветь от боли, гемункул внезапно замер и повернул голову к выходу из командного мостика. — К нам пожаловали гости, и их немало. Среди них даже один из сынов Подражателя, так что быстро собираем добычу и уходим.
— Ты окончательно спятил? Зачем нам бежать от каких-то там паразитов? Когда рабы сами бегут к нам, то это лишь знак того, что нужно заострить клинки и подготовить плети, — с усмешкой произнесла эльдарка, ловким движением трезубца разбившая голову кина, уже потерявшего любой намёк на сознание, на тысячу кровавых осколков.
— Они нас на части разорвут, дура. Не та уже эпоха, чтобы мы могли любых Мон’кей терзать по своему усмотрению. Среди них появились особо опасные особи, — проворчал мастер плоти, вонзая новую иглу в чудовище.
Достав дополнительной рукой из-за своей спины небольшой чёрный куб с выгравированными рунами на нём, Повелитель плоти начал крутить его, стремительно нажимая на нужные символы, когда, неожиданно, их всех тряхнуло, после чего исчезла сама гравитация.
— Это что? Ты говорила, что вы заблокировали работу всех устройств от этих ИИ! — резко удлинив свою руку, гемункул успел поймать артефакт, однако он всё равно был вынужден всё начинать с начала.
— Так и было сделано! — прокричала эльдарка, успевшая зацепиться трезубцем за командный мостик. Через секунду искусственная гравитация вернулась, с силой впечатав её в стальной пол — даже легендарная ловкость друкхари не помогла. — Да что такое… Уничтожьте уже этот проклятый кусок металла!
Сотня тёмных эльдар, прерванных посреди развлечений со своими жертвами, пришла в ярость. Они устремились к гигантской сфере внизу — одному из центральных ядер главного искусственного интеллекта корабля.
Но прежде чем они достигли цели, оглушительный голос разнёсся отовсюду, а свечение стало ярко-красным, пока сам шар искрился от переполнявшей его мощи. Он сжигал себя, пытаясь пробиться сквозь вирусы друкхари.
Едва мастер плоти успел начертать последнюю руну и создать возле себя небольшой портал, как из-за стальных дверей локального телепорта, определённо отключенного после вторжения самих эльдар на корабль, в зелёной вспышке возник четырёхметровый гигант в чёрно-изумрудной броне с горящими глазами.
В его руках было столь же внушительное орудие, хорошо известное самым образованным представителям рода детей Древних. Слишком многих их предков оно обратило в ничто, чтобы о нём можно было забыть.
